Я знала наверняка, что от каждого брака Эмилия родила по ребенку, и, на радость главе рода Марлоу, три из четырех были девочки. Кроме первенца, о котором никто ничего не слышал. Кажется, до настоящего дня.
– Что ж, хорошо. А теперь, пожалуйста, вернись во дворец. У меня и так осталось мало времени.
– Едва ли существует во всех мирах достаточная мотивация, чтобы я отпустил девушку куда-то одну ночью в этом опасном районе, – заявил Вальтер, снисходительно-смешливо посмотрев на меня. На его лице крупными печатными буквами будто было выбито, что он старше, мудрее, опытнее и вот это вот все.
– А если у девушки приватный разговор? – раздраженно спросила я.
– Да хоть интимное свидание. При всем уважении, Ваше Высочество, вы и пары минут без присмотра не продержитесь.
Ладно, раз ты у нас весь из себя такой благородный и борзый, проверим на прочность твои нервы.
– Хорошо, – согласилась я, сформировала в руке новый кинжал и протянула его Вальтеру рукоятью вперед.
Серые глаза настороженно потемнели, но парень взял кинжал и произнес, одновременно полоснув себя по раскрытой ладони:
– Клянусь.
Кинжал вспыхнул золотом, закрепляя клятву крови, и рассыпался черно-золотыми искрами. Особая магия нашего мира – Железное слово.
– Дивно. Собери, пожалуйста, газеты, – я отвернулась от мага и снова уставилась на стену. Газеты и правда разлетелись по тупику в пылу борьбы, а мне эти образцы печати были крайне необходимы.
За спиной какое-то время слышалось шуршание, а потом мрачное:
– Вы что, собираетесь поджечь типографию?
Я хихикнула:
– Предложение заманчивое, но нет.
Вальтер снова зашуршал газетами, видимо, не в силах оторваться от увлекательного чтива. Спустя какое-то время он все же не сдержался:
– Немного комментариев бы не помешало.
Вместо ответа я сформировала третий кинжал, подбросила его в руке, замахнулась и со всей силы метнула в стену, целясь в один неприлично чистый кирпич идеальной формы.
Нож прошел сквозь кирпич, и по всей стене побежала круговая рябь, делая ее полупрозрачной.