Комната под самой крышей служила личными апартаментами хозяйки города, которая иногда тоже принимала клиентов. Точнее, одного клиента. И если уж быть совсем точной – моего близнеца, который втрескался в нее еще на первом курсе."
"Впрочем, за ней увивалась большая часть мужского населения академгородка. Невысокая, фигуристая, с большими светло-серыми глазами и потрясающими детскими кучеряшками густых каштановых волос, она была столь же обаятельна, сколь развратна. Хвала Господину железных руд, матушка очаровательный факт личной привязанности Даяна к Мике успешно игнорировала.
При этом темы любовников и содержантов у женщин как будто не существовало. Женщины – это ведь лучшая половина населения, близкая к абстрактному идеалу, и вообще лицо страны.
– Интересно, – глаза подруги азартно сверкнули, – хочешь, подпоим этого недотрогу и допросим?
– Да ну, – отмахнулась, с наслаждением отпивая шампанское и отправляя в рот одну за другой тарталетки.
– Опять ничего не жрешь? – Мика сбросила тяжелое верхнее платье, облегченно выдохнула и в исподней сорочке забралась с ногами в кресло напротив.
Если заменить шик и блеск помещения на каменные стены, окно сузить до бойницы, а вместо шикарной кровати, где трое могут вольно спать и никогда не касаться друг друга, поставить две узкие койки, то можно представить, что мы снова в Железной академии.
Подруга закурила и блаженно прикрыла глаза. Длинный мундштук из мира Дерева дивным образом обещал очищение сигаретного дыма от тяжелых примесей и вредных смол.
– Некогда жрать, дела государственные на завтрак, обед и ужин, – ответила с набитым ртом. – И к тебе я тоже по делу.
– Ну понятно, что не отдыхать, – усмехнулась она, выдыхая шоколадный дым. – Как там – до свадьбы ни-ни?
Я демонстративно закатила глаза.