— Почему ты молчишь? — прерывают гнетущую тишину, — ответь хоть что-нибудь.
— Я не разговаривать сюда пришла, — прорезается мой голос, — что ты хочешь, Алекс?
— Ты сейчас интересуешься в рамках своих должностных обязанностей? — в его словах снова звучит злая ирония и смешок, — а насколько далеко ты готова зайти, мне интересно? Если так просто не согласилась стать моей, то сейчас здесь я могу получить все что захочу?
— Только танец, — отвечаю твердым голосом, — приватный танец не более.
— Ну что ж, танцуй тогда, — вдруг соглашается, а мое сердце ухает в пропасть, я не ожидала, если честно, что он меня заставит.
Мои щеки снова вспыхивают, но я упрямо иду на подгибающихся ногах к креслу и включаю музыку. Жду, когда Алекс сядет обратно, шумно выдыхаю, ненадолго зажмуриваю глаза. Медленно склоняюсь и руками упираюсь в подлокотники, нависаю над ним, но в глаза смотреть не могу. Готовлюсь прогнуться и сделать волну, но в этот момент он перехватывает мою талию своими сильными руками.
Сначала ловлю его шумное дыхание, потом чувствую прожигающий опасный взгляд, а затем он резко хватает меня за руки, вскакивает и дергает на себя.
— Как давно ты этим занимаешься? — выдыхает мне в лицо.
— Сегодня первый день, — отвечаю несмело.
— Зачем? — требует следом.
— Мне срочно нужны деньги, — говорю, как есть.
— На что?
— На операцию ребенку, — говорю со слезами в голосе.
— Твою мать, почему же ты молчала, Марина? — резко хватает меня за плечи и повышает голос.
"— Я уже обо всем договорилась и внесла первоначальный взнос, немного осталось добавить, — пытаюсь оправдаться.
— Пошли отсюда, нам нужно спокойно поговорить.
— Куда? — вскидываю на него тревожный взгляд.
— Ко мне.
— Я не могу, у меня не закончилась смена, — пытаюсь вырваться из его рук, — я здесь еще официанткой работаю.
— Больше не работаешь, — категорично заявляет.
— Это не тебе решать, — качаю головой из стороны в сторону.
— Мне! — перебивает мои протесты и демонстративно смотрит на свои часы, — потому что уже полчаса как я единственный полноправный хозяин этого клуба.
Я зависаю после этого заявления и молча хлопаю глазами. Этого не может быть! Или может? Это ведь хорошо? Или плохо? Черт возьми. Мой не выспавшийся мозг отказывается соображать, поэтому я принимаю решение все-таки поговорить с ним.
— Хорошо, давай поговорим, — соглашаюсь, наконец.