Алекс сам выбирает комплект с брильянтами и передает его девушке, которая приводила меня в порядок. Она помогает мне справиться с застежкой, и мы приступаем к работе. К моему большому облегчению съемки длятся совсем недолго. Из всей этой кучи драгоценностей Алекс выбрал только три комплекта. Не понимаю только, зачем надо было привозить с собой все.
Сам хозяин этой коллекции все время съемки сидит все в том же кресле и ни на секунду не сводит с меня глаз. Раньше он никогда не присутствовал лично, только сегодня.
После окончания съемок Алекс подходит ко мне и протягивает руку к моим волосам, я в испуге отшатываюсь, но его это не останавливает.
— У вас перышко в волосах, — говорит с легкой улыбкой и достает его из моих волос.
— Спасибо, — отвечаю нервно и все равно отхожу от него на шаг.
— Марина, вы можете выбрать себе комплект в подарок, — показывает на коробки, — любой.
— Только один? — ехидно спрашиваю.
Язык мой враг мой, особенно в те моменты, когда мне не по себе.
— Нет, не один, — отвечает, нисколько не меняясь в лице, — можете забрать себе хоть все.
Ну, ни хрена себе, думаю про себя. Как дорого меня оценивают. Даже не знаю сейчас смеяться или плакать. А что потребуют взамен? Пожизненное рабство? Статус послушной наложницы, раздвигающей ноги сразу, как только хозяин появляется на горизонте?
— Я не люблю драгоценности, — пожимаю плечами, — вернее, я к ним абсолютно равнодушна, так что здесь мимо.
— А что вы любите? — незамедлительно следует вопрос, — вернее, что для вас представляет наивысшую ценность?
— Я люблю своего сына, — твердо отвечаю, — больше всего на свете. Он самое дорогое, что у меня есть.
Хотя тут можно поспорить, есть ли."
"Алекс к моему большому удивлению и сожалению никак не реагирует на новость о том, что у меня есть сын. Я надеялась, что, узнав об этом, он от меня отстанет.
— Марина, а давайте прогуляемся, — ловко меняет тему.
— Зачем? — напряженно спрашиваю.
— Подышим свежим воздухом, — отвечает с улыбкой.
— А у меня есть выбор? — обреченно спрашиваю.
Он несколько секунд удивленно на меня смотрит, затем его брови ползут вверх.
— Марина, скажите, вы, что меня боитесь?
— Да, — отвечаю честно.
— Почему?
— Я не знаю, как вам отказать. На вашей стороне сила, — киваю в сторону охранников, — и власть.