Всё так же молча, он завёл двигатель и включил обогрев салона. Не удостоив меня даже малейшим взглядом, вырулил с парковки и влился в городской поток машин.
Почувствовала неловкость и начала мысленно корить себя за излишнюю язвительность. Какого хрена я, вообще, полезла к этой, чтоб её, Аглае?
Профиль, сосредоточенный исключительно на дороге, казалось, вообще забыл о моём здесь присутствии.
- Завтра же съезжу в секс-шоп, - неожиданно произнес он.
Облегченно выдохнула.
Не умеет он долго на меня злиться. Никогда не умел.
Но затем сразу напряглась.
- Секс-шоп? Зачем в секс-шоп?
- Тебе нужны наручники и кляп побольше, - мазнул он по мне взглядом, слишком быстро подавив ехидную улыбочку.
- Не могу устоять перед светской беседой, знаете ли.
- Ты только что за считанные секунды свернула кровь жене моего поставщика «алкашки».
- Жене? – выгнула я скептически брови. – Она чья-то жена? А вела себя так, будто хотела с разбега сесть тебе на лицо.
- Ревнуешь?
- Когда будешь покупать для меня наручники и кляп, захвати и для себя что-нибудь… палку там какую-нибудь…
- Я смотрю, моя палка тебе не даёт сегодня покоя? – в этот раз уголки его губ тронула вполне уверенная усмешка.
- За дорогой смотри, Русик, - ответила я дрогнувшим голосом и отвернулась к своему окну, чтобы скрыть смущение и дурацкую улыбочку.
Имитация
Руслан
Неконтролируемо бросал взгляды на Симку.
С наушниками на голове, от размера которых чудом не ломалась её тонкая шея, она что-то сосредоточенно готовила в кухонной зоне.
Намеренно ушёл в гостиную, чтобы не мешать ей и не смущать взглядами, но в итоге пялиться так и не перестал. Только тогда, когда она поворачивалась, чтобы что-то достать из шкафчиком и бросить в кастрюлю, отворачивался и утыкался в ноутбук, уже давно не соображая, что делаю.
Вчера вечером вернулись домой во взаимных сдержанных препирательствах. Мысленно корил себя за плохую шутку про секс-шоп. С Симкой, конечно, можно шутить на разные темы, но у меня, как у другу её старшего брата, который помнит её совсем девчонкой, всё-таки, должна быть некоторая грань. Но чем чае и дольше я оставался с ней наедине, тем более тоньше становилась эта грань, иногда становясь вовсе призрачной.
Сегодня утром она проснулась слишком рано.