А потом дает слететь своей маске. Я вижу жесткость. Бескомпромиссность. Готовность казнить.
— За еще один фокус с Сафи ты получишь сполна. Поверь. А сотрудничать со мной тебе придется долго. Пока не…
Не договаривает. А у меня, у дуры, сердечко сбивается. В горле застревает «пока не что?», но вытолкнуть не могу.
Парализует под взглядом. Таким же внимательным. Заполняющим комнату. Забирающимся внутрь. Пожирающим, что ли…
Синхронно смаргиваем.
Салманов сжимает пакет, разворачивается.
— За мной иди.
Командует, не заботясь о слежке за исполнением. Я ненавижу себя и слушаюсь. Плетусь следом.
В голове кручу доходчивые, рациональные, самые обычные слова, а он тем временем открывает зачем-то дверь в ванную.
Заходит внутрь, щелкает включателем света, я остаюсь в проеме и щурюсь.
Мой бывший муж разворачивается. Смотрит в глаза и рвет полиэтилен.
Закономерное «что происходит» я оставляю при себе. Очевидно, сейчас узнаю.
Айдар не отрывает глаз от моего лица. А я, не выдержав, спускаюсь к рукам.
Хмурюсь и зачем-то пытаюсь, понять, какая. Но это быстро становится неважным.
Айдар раскрывает её все так же, не глядя. Ведет по странице. Достает… Мешочек.
Книгу отбрасывает, а сам открывает зипер, в унитаз сыплется какая-то сушенная трава.
Я слежу за тем, как летит сначала она, а потом и сам пакет. Потом мой взгляд взлетает вверх.
Это даже не шок.
— Айдар…
Обращаюсь, выдавая разом все эмоции. Страх. Растерянность. Просьбу…
Но он неумолим. Я снова о него разбиваюсь.
— Что? — спрашивает, кивая подбородком.
Мои глаза впиваются в книгу. Я же понимаю, что это не чай…
И я же понимаю, на сколько это лет…
Дыхание перехватывает. Он меня отправил за наркотиками. За наркотиками, чтобы потом спустить их в унитаз…
Осознание размеров его ненависти вышибают дух. Последнее, что я хочу — это при нем плакать, но эмоций слишком много, глаза против воли становятся влажными.
В ушах откуда-то детский смех. Я ищу силы в любви к Сафи. Поднимаю взгляд на мужчину.
— Айдар, у меня ребенок… Я не могу играть в такие игры…
— У меня тоже ребенок, Айлин. — Бывший муж не дослушивает. Пальцы ложатся на встроенную в стену кнопку слива. Комнату заполняет шум воды. Дальше — слова. — Которого ты меня лишила.
Оттряхивает руки, а я смотрю на свои.