Мы – Гордые часть 8

Как пояснила мне служанка, чтобы нас не обнаружили раньше времени. Ррейнат — ночные существа и плохо переносят дневной свет. Поэтому днем можно путешествовать без боязни, а вот ночью лучше спрятаться.

Так мы, собственно, и поступили, разбив лагерь возле небольшой реки, что делала в этом месте изгиб. Скрытые от всех высокими зарослями и деревьями, мы поели, не рискуя разводить костер, искупались, после чего легли спать. В смысле, я лег, а она, как объяснила, во сне не нуждается и будет охранять.

Удобно устроившись на ее коленках, я закрыл глаза, сразу провалившись в сон.

Вот только странный он был. Я видел всех своих девчонок, что так же, как и я, шли к малефикам через разные миры.

Вот Шестая рубит топором каких-то слизней. Вон Вторая, стегает огненным кнутом по заднице какого-то мужика. Там Девятая в кабаке борется на руках с громилой, а Двенадцатая в кабине космического истребителя носится вокруг вражеского флота."

"Все они сражались и вроде выглядели довольными. Интересно, это нам что-то даст на выходе или мы тупо проснемся, будто ничего и не было? Или мы не спим? Вообще, как все проходит? Ничего не понятно, но очень интересно.

Но путешествие явно затянулось — пора заканчивать. С этой мыслью я и уснул прямо во сне…

Глава 10

Глава 10

Бредут лесами тёмныма,

идут степями широкима,

лезут горами высокима…

Ну, по пути в городах концерты давали, с большим успехом…

Ну, вот так… до Парижу и… добралися.

Еще два дня нам с Тильдой понадобилось, чтобы добраться до крепости Ррейнат. Пару раз мы едва не нарвались на их патрули, но обошлось.

К тому же, сильно они в службе не усердствовали. В основном, шлялись где попало, шумели, громыхали и вообще вели разгульный образ жизни. Я даже чуть позавидовал, ага. Мы-то лежим на земле, укрывшись в кустах — по нам насекомые ползают, отлить еще хочется, а эти встали в ста метрах и решили дунуть самокрутку. Сразу поднялся такой дым, что скрыл их от нас, у меня еще и в носу зачесалось так, что чую, сейчас чихну.

Тильда, заметив мое состояние — выпученные глаза, красная морда, — не придумала ничего лучше, как впиться в мои губы, гася рефлекс организма на поступающую извне дрянь.

Вот только один рефлекс она погасила, а второй активировала. Так что наш поцелуй затянулся, едва не перейдя в нечто большее. Но я вовремя опомнился, к тому же козлы свалили, освободив нам дорогу.

— Что внутри, знаешь? — спросил я у нее, уже прикидывая план проникновения в крепость.

— Никто не знает, — отрицательно помотала она головой.