И как будет отмазываться Виндзор с ее пропажей? Об этом я размышлял не долго, увидев настоящую Софию, мило беседующую с гостями.
Это, мать вашу, как вообще⁈ Это что? Почему? Но в этот момент мне пришлось посторониться — толпа народа, пройдя через ту комнату, где мы были, снесла охрану и ворвалась во дворец. Зрелище, скажу я вам, то еще.
Крик поднялся до небес — благородные, все в шелках и брильянтах, и оборванцы, что воды и мыла черт знает сколько времени не видели. Местные гвардейки тут же принялись их выпроваживать, пугая магией, но не учли, что среди бывших пленниц тоже оказались сильные одаренные, причем тоже аристократки.
Напряжение повисло в приемном зале.
— Я графиня Элеонора Батерст, — вышла вперед оборванка. — Младшая.
— Доченька!!! — раздался вопль и к ней, расталкивая толпу, рвануло большое семейство. Впереди неслась монументальная дама, за ней мужик, похожий на колобка, ну и парочка сыновей, выглядевших грозно и напоминавших носорогов.
Зал взорвался гневом, послышались крики, кто-то кого-то под шумок стукнул.
— Валим, — шепнула мне Шестая. — Мы свое дело сделали. Чувствую, свадьбы не будет — Софию, как последнюю представительницу Корнуэльских, аристократы сами удавят и вручат корону Виндзору.
— Согласен. Не забудьте принцесс.
В поднявшейся суматохе мы сумели выскользнуть из дворца и отправиться в посольство. Дальше все сделают наши дипломаты — свою задачу я выполнил.
Но вот вопрос насчет Софии оставался открытым. Вернуться и грохнуть или подождать, пока аристократы сами ее на вилы поднимут.
Если мы раньше выступали с заявлениями, что наглы спутались с кровавыми жертвоприношениями, то теперь уже сами они об этом говорят. И свалить все на пропаганду не получится. Ладно, это уже не мое дело.
Кстати, я голодный как черт — на приеме не поел и сил богатырских кучу потратил. Требую продолжения банкета!
Один звонок, и когда мы добрались, нас уже ждал роскошный стол.