Ещё тогда подумал, что это единственная вещь в твоем гардеробе, соответствующая погоде.
Кровь прильнула к щекам повторно. Уже не от смущения и волнения, а от легкого стыда.
– Я на машине… Поэтому и легко одета.
– Ну да, – скептически заметил он, отпуская её. – Пошли искать твои варежки.
Даша хотела отойти назад. Куда там. Её руку перехватили, слегка сжав.
Григорий медленно покачал головой. Его глаза опасно, даже предупреждающе блеснули.
– Я же сказал – не отпущу.
Они прошли в гараж. Даша только и успевала вертеть головой.
Гараж – отдельная история. Вотчина мужчины, что тут скажешь. Техника, техника и ещё раз техника.
– Гриша, можно вопрос, – крутя головой по сторонам, начала Даша.
– Тебе – можно.
Гриша ответил машинально, явно не задумываясь. Он открыл свою машину – большой внедорожник – и полез на заднее сиденье.
Его ответ снова польстил Дарье. Ещё немного, и она начнет чувствовать себя особенной.
Девушка одернула себя. Лишнего пока тоже нечего фантазировать.
– Ты как-то говорил, что вокруг на много километров по периметру ни души. Ни домов, ни федеральной трассы. Тишь да глушь. Я не буду интересоваться, почему ты выбрал дом именно тут. Но… Гриша, у тебя даже в гараже столько техники, что… Я понимаю, у тебя наверняка тут сигнализация и прочее. Ты не боишься, что кто-то узнает и уведет у тебя ту же технику?
Григорий как раз вылезал из машины, когда она договорила. Он повернулся, и Даша впервые за время их знакомства увидела, как он искренне хохотнул.
– Снегурка, ты прелесть.
Даша непонимающе на него посмотрела.
– Я рада, что сказала нечто смешное, что тебя позабавило.
Он подошёл к ней, всучил варежки. Она по инерции их взяла. Глаза мужчины продолжали озорно поблескивать, словно он знал некую тайну. И Даша невольно залюбовалась им. Всё-таки, есть что-то в этом Зимине. Притягательное, но и опасное. Про второе нельзя забывать.
– А я рад, что ты беспокоишься о моем имуществе.
– Я не беспокоюсь. Мне до твоего имущества нет дела, а то подумаешь, что я считаю чужие деньги. Просто… – Даша, окончательно смутившись, принялась надергивать варежки на ладони. – Это же безответственно! Растащат!
Григорий снова усмехнулся.
– Поверь, Снегурка, без моего ведома сюда не проникнет ни одна живая душа.
Он сказал легко, беспечно. На Дашу его слова произвели противоположный эффект.
– Значит, ты имеешь отношение к криминалу. Скорее всего, так и есть.