И усиленно возвращает, – Григорий недобро усмехнулся. Даже жестко. Даша сильнее вцепилась в чашку. Таким она его ещё не видела. Хваткий делец, готовый пойти на всё ради достижения цели.
– Но это лишь предразговор, правильно?
– Предразговор… Какое интересное слово. Запомню. Да, правильно. Мне нужно вылететь в Хабаровск. Меня там ждут. Встречу отменить нельзя. Моё присутствие – тоже. В Хабаровске я пробуду дня два-три. Может, больше, пока не знаю. Теперь, что касается тебя, Снегурка, – его голос понизился, в интонации появилась легкая вибрация, которая мгновенно отразилась на Даше.
– Машине пять лет, гарантия закончилась.
Даша не могла не переживать за автомобиль. Поэтому невольно уцепилась за мысль, что ей с ним помогут.
– Тогда отремонтируем так.
Он сделал паузу, выжидающе посмотрев на девушку. Та кивнула.
– Я и слушаю.
– Отлично. На данном этапе знакомства я не хочу с тобой расставаться. Выбрав первый вариант, я тебя отпущу. Найду сразу же, как решу дела в Хабаровске. Да-да, найду, Дарья, и не делай такие глаза. Ты мне интересна, неужели до сих пор не понимаешь? Или старательно делаешь вид, что мои слова лишь сотрясание воздуха… Б…ть, иногда мне хочется перекинуть тебя через колено и отшлепать, как следует. И тогда я задаю вопрос: почему я этого ещё не сделал?
Он снова замолчал.
Даша, так и не сделав глотка, откинулась на спинку стула.
Слов не было. Абсолютно. Никаких.
Зимин, видимо, поняв, что реплики от неё не дождется, продолжил:
– Итог первого варианта: я забираю тебя спустя неделю, за время которой ты имеешь нелицеприятные выяснения отношений с мачехой и с тем ублюдком, что собирался тебя купить, – его кадык дернулся, губы сжались в плотную линию. – Можешь, конечно, куда-то уехать… Но я бы не советовал делать лишних движений. Ни к чему, Даша.