Плечи и декольте прикрываются палантином.
— Молодец! Рита?
— Бижутерия — табу! Золото и драг камни.
— Молодец. Тина?
— Волосы собраны, лицо открыто… — бросает взгляд на Семёна, он сегодня не переговаривается с ней и словно игнорирует.
Алиса Витальевна спрашивает еще парочку учеников.
— Все сегодня молодцы! Я не просто так задала вам повторить эту тему. В следующую субботу в школе будет ролевая игра — бал. И соответствующий дресс-код ""White tie"". Надеюсь, никто меня не опозорит. В понедельник углубимся в правила общения на церемониях.
Бал?! Ну супер? Где я по-вашему возьму вечернее платье и белые перчатки выше локтя. А еще золото и ""драг камни""! Класс…
Но девочки довольно пищат, обмениваясь шёпотом впечатлениям.
Отыскиваю взгляд Риты. Она закатывает глаза. Хоть кто-то меня понимает.
— А сейчас у нас пройдёт жеребьёвка, мы разобьем вас на пары.
По аудитории шум и возмущение.
— Опять?!
— Алиса Витальевна! Можно мы сами по парам разберёмся?!
— Нет.
Довольно улыбаясь достаёт чёрную шляпу, игнорируя ноющие стоны и фыркания.
— Парни вытаскивают себе спутниц. В шляпе бумажки с именами девочек. Кто первый?
— Я! — поднимается Кислицын. Идет к шляпе, бросая взгляд на Риту.
Рита, делает вид, что ей все равно. Но когда он разворачивает бумажку, незаметно распрямляется.
— Марика… — разочаровано.
Марика тоже морщится.
— Стоцкий следующий.
Вытаскивает какую-то девушку из другого класса. Все девочки дружно выдыхают. А кому-то очень не повезло…
Парни выходят по очереди, вытаскивают себе пары. И каждый раз я замираю. Мне не с кем пойти на этот бал. Все до одного — плохо. Может быть только Дагер или пара новеньких парней в соседнем классе.
Выходит один из тех, с кем случился конфликт вчера на входе в общежитие. Его мстительный взгляд скользит по аудитории, останавливаясь на мне.
""Нет! Кто угодно, только не этот придурок! — молюсь я. — Кто угодно!""
Вытягивает бумажку. Не я… Уф…
Максу выпадает Таюрская.
— Поменяться нельзя? — капризно смотрит она на учительницу.
— Нет, — качая головой, поджимает губы Алиса Витальевна.
Из парней остаётся только Решетов.
Не глядя вытаскивает бумажку. Не разворачивая бросает на учительской стол.
— Семён… — улыбается она. — Тебе неинтересно?
— Неа.