И бальзамом на мое самолюбие был его взгляд, когда я садилась на мотоцикл. О, да! Это вам не похмельная Людка. Мы с Ямахой смотримся шикарно, скажу вам без ложной скромности.
А вспоминать, как Подгорский пытался научить безнадежную меня стрелять по тарелочкам, было приятно. У него горячие руки, а мои мерзнут даже в перчатках иногда, и такие по-мужски красивые: крупные, с длинными пальцами, пропорциональные, и ухоженные. Никаких обломанных ногтей, заусенцев, кто бы сомневался! Моя ладошка просто тонула в его.
Спать пора, а я как дурочка думаю о парфюме и глазах Подгорского. Когда он расслаблен, то серый цвет становится таким глубоким и уютным. Биг босс умеет взглядом обволакивать, как будто мягким пледом. А еще у него осязаемый взгляд, потому как я его чувствую то как стальные иглы, то как скользящий шелк, то как пуховый платок. Мила, это старость, раз на тебя такая сентиментальность нашла. И все-таки у Ярослава крепкие надежные объятия. Он и собеседник очень интересный, и молчать с ним уютно, а от его смеха мурашки табунами по коже бегают.
Так и уснула, не придя ни к какому решению. Утром как специально зарядил сначала дождь, потом перешедший в снег. Погода с каждым годом чудит все больше и больше. Привычно втиснувшись в свой угол, заглушила машину и вылезла под снегодождь, закутавшись в шарф, пошла в здание бизнес-центра.
- Извините, - буркнула через шарф."
"- Доброе утро, Людмила Степановна, - Подгорский ухватил меня под локоток, чтобы я не упала. - У меня складывается впечатление, что ваша цель меня еще и покалечить, - несмотря на серьезный тон, глаза мужчины смеялись.