— Что ты хочешь? — спросила я, всё ещё пытаясь высвободить свою руку, косясь на дверь. — Чего вцепилась как бульдог!
— Я ведь тебя предупреждала, чтобы ты не вертела своим красивым задом перед моим мужем, — сказала она мне, а я так и открыла рот. — Шалава без роду и племени.
— Рита, — обратилась я к ней. — Ты с ума сошла? За что ты меня обзываешь?
— Ты это заслужила!
— Но я ничего не делала! — Вертишь задом перед Дамиром, сука! — Отстань от меня, больная идиотка! Мне не нужен твой Дамир! Или я начну орать! И всё расскажу твоему мужу! Я не стану молчать.
— Можешь не молчать, — хмыкнула она. — Только Дамир не на твоей стороне. Я всё видела и слышала вчера. Ты его оскорбила, он тебя за это никогда не простит. Но ты ему нравишься. Я это вижу. Так вот тебе новость: если ты ответишь ему, я тебя убью. Я проглотила ком в горле и так и застыла на месте от шока.
— Ч-что?
— Убью тебя! Если узнаю, что ты с ним спишь — убью! — дёрнула она меня снова за руку как тряпичную куклу. — Только попробуй встать у меня на пути.
— Да не нужен он мне! Больная! Бешеная! Оставь меня в покое! Оставьте меня все в покое! Как я вас ненавижу… Дверь распахнулась. На наши крики поднялся в мою спальню и Дамир.
Рита тут же отпустила меня и прекратила верещать, я — тоже.
— Что тут происходит?
* * *Мужчина в синем кителе прокурора строго смотрел на нас, что внушало ещё больше страха. И что ему говорить? Он видел, как мы почти подрались.
— Поссорились из-за юбки, — тут же ответила Рита.
Ох, и хитра… Да я не понимала, в чей дом попала до того, как сюда приехала!
— Из-за юбки? — поднял брови вверх Дамир.
— Именно, — подхватила я. Что-то мне подсказывало, что сейчас не стоит раздувать скандал, — Дамир мне просто не поверит. Рита верно это отметила. — Я снова хотела надеть ту, что вам не понравилась вчера. А Рита мне не давала!
— Ц-ц… Детский сад, — протянул мужчина, из глаз которого, впрочем, настороженность никуда не ушла. Он нам просто не поверил, но, как и я, не стал озвучивать реальное положение вещей.
— Да.
— Тогда на выход, — кивнул он мне. А потом остановил взгляд на Рите. — А с тобой мы поговорим вечером. Я не потерплю скандалов в доме.
Мы спустились вниз, надели верхнюю одежду и в полном молчании сели в автомобиль, который послушно понёс нас по улицам утреннего города. Внутри меня всё просто клокотало. Хотелось что-нибудь порвать или сломать, а ещё — хотелось плакать.