И все же, какого черта тут происходит?"
"Аккуратно, чтобы не создавать шума, и не разбудить дочь, закрыл окно. Взял коляску и занес ее на кухню, оставив у двери на балкон, чтобы малышуля не ужарилась в одежде. Пусть спит.
Это так Олеся гуляет с дочерью? Просто оставив грудного ребенка одного на балконе? А если бы она простыла? А если сверху кто-то из соседей курильщиков бросил бы непотушенный бычок и он попал бы в наше открытое окно?
Злость каменным булыжником поднимается вверх к горлу, боль стучит в висках и разгоняется по крови.
Моя жена, одетая как самая дешевая потаскуха, крутила своей “кормилицей” перед экраном монитора. Ласкала себя и издавала тошнотворно-наигранные блядские звуки, а за всем этим, с экрана ноутбука, наблюдал, какой-то бородатый хрен лет шестидесяти.
Тварина так заигралась, что даже не заметила, как я прошел в комнату, взял пульт, и только когда музыка перестала доноситься из колонок, она растерянно обернулась и вскрикнула, увидев меня.
— Браво, милая, — похлопал я в ладоши. — Ты продолжай, человек же ждет, а я тут в креслице посижу, подожду.
— Миша, я все объясню! — испуганно залепетала она.
— Не надо, я все прекрасно и сам вижу, — выдал добрейшую улыбку и кивнул с пониманием. — А че Юльку, сразу на улицу к подъезду не вынесла, пусть бы там гуляла, а?
— Миша-а-а, — начала она завывать.
Я подошел ближе, взял ноут и со всей силы швырнул его в стену вместе с долбанной лампой.
— Это что такое? Твои клиенты? О, мне вот этот нравится, “Стас жесткий”, это какие у него запросы? Что любит? А то, знаешь, фантазия у меня бурная, ты лучше сама расскажи. Прям интересно, — поднял на нее взгляд, а сам даже разобрать не мог, что она там несла мне в ответ.
Олеся залилась слезами, а я продолжал извергать всю ярость, всю боль, все свое отвращение, к этой, вмиг опротивевшей мне женщине."
"— А реалики у тебя есть? “Марсель пятницы” или “Антон до 15 ч.” вполне себе подходят, — перехожу на ржач. — Пока я на двух работах вкалываю, Юлька на балкончике тусуется, а ты тут мальчиков развлекаешь.