Но…
— Я не оправдываю Олесю, это она все очень зря сделала… И его личные драгоценности ей не надо было забирать… — выдала Дарья, опуская глазки.
Представил, как бывшая хвасталась об этом подружке, перечисляла ей, все, что сдернула у мужика, и так омерзительно стало. Мало того, что потаскуха, так еще и воровка…
Обращаться в полицию Глушков не стал из принципа. Человек он старой закалки, из той эпохи, когда в моде был бандитизм, и привык решать вопросы не по букве закона, а совсем иным путем. Силой и давлением.
"Со слов все той же Дарьи, мою бывшую, он нашел в стране солнца и блеска песков, там же, где она и жила ранее. Дура, что тут скажешь. Вернул ее в свой родной Красноярск. Подозреваю, что ему хотелось ее убить, но это ведь слишком просто. Он жаждал мести. Судя по всему, сначала пустил ее по кругу. Это стало ясно из намеков Дарьи. Но на удивление никакого развития событий и возбуждения уголовного дела о насилии не последовало. Даже можно не гадать почему. Везде связи.
— Глушков дал срок ровно двенадцать месяцев и предупредил, что не советует бежать из страны, так как в следующий раз Олесю будет ждать бетонная плита и скромная фотография с датой смерти, — заключает Дарья.
Ничего не отвечаю. Лишь уголок губ дергается немного вверх.
Вся ситуация и правда, попахивала стремно. Теперь ясно, почему Олеся вспомнила обо мне. Аккуратно узнала от общих знакомых о том, что я в настоящее время занимаю высокую должность, живу далеко не бедствуя. Плюс ко всему, она помнила, что я близок к семье Бессонова, отец которого политик. Об Артуре тоже расспросила знакомых, общаемся ли мы до сих пор или нет.