Ту правду, которую сам себе не говорил. А озвучил, и понял, что так оно и есть.
Я виноват перед ней, я все проебал. Но сегодня с убийственной ясностью осознал, что не готов ее отдавать. Просто представил на одну секунду, что это мог быть не Феликс.
Арина за эти три года могла влюбиться в хорошего парня, выйти замуж. Хватило бы у меня духу вломиться в ее жизнь как на эту свадьбу? Даже не так. Имел бы я на это право?
Нет
Смог бы я смириться, что она стала чьей-то женой.
Да нет же блядь! Нет!
Настолько хуево мне ещё не было.
Не Арина точно. И точно не с целью подъебнуть, это же очевидно. Более четкого руководства к действию сложно представить.
Он знал, что я сорвусь и приеду. Знал, что не отдам ему Арину. И дал зеленый свет.
На Бали я к ее дому не мог подойти без того, чтобы не наткнуться на охрану. А здесь мне дали свободно выйти с Ариной и сесть в машину.
Я не совсем понял, зачем ему понадобилось на ней жениться, зато я понял, почему сицилийские доны предпочитают венчаться. Потому что они не разводятся.
Значит и мне так надо, хоть я и не дон. Навсегда надо. Как там падре говорил, и в горе, и в радости?
Снова перед глазами возникает картинка, как мы с падре ждем Арину у алтаря. Ее под руку ведет... Нет, нахер Феликс, пусть Андрюха лучше отведет. Заодно и присмотрит.
Наконец, Феликс вспомнил, что он дон, и позвонил. Похоже, я сейчас получу ответы на интересующие меня вопросы.
То, что вещи Арины уже перевезены в резиденцию Ди Стефано, конечно колет. Ощутимо, но терпимо. Феликс хотел, чтобы я ее привез, но исключительно как полноправную участницу событий, а я хочу все это прекратить.
Ее пора выводить из игры, хватит. Три года достаточный срок, все, что она должна фамилье, она уже отработала.
Арина любит эту девочку, я видел это своими глазами. Она не просто ее опекун, так не относятся к навязанным воспитанницам.
Значит у девочки появится ещё один опекун. Или если Арина ее так любит, мы ее удочерим.
Я, конечно, не лучший вариант отца, который может достаться ребенку, но другой вряд ли ей светит. Осталось выяснить, куда подевалась мама девочки, которая спала под дверью реанимации на стуле.
Опыт общения с такими как Винченцо подсказывает, что ее давно нет в живых.