До начала войны население их расы достигло показателя в двести семьдесят один миллиард. И устраивали засады, наваливаясь на одиночных крылозавров огромной массой. В общем, ничего нового.
Потом я узнал, что крылозавры решают свои споры в поединках один на один. Бой продолжается до первой крови и, если кто-то из спорщиков получает серьёзное ранение, наблюдатели останавливают бой и исцеляют проигравшего.
Со слов Меноса я понял, что крылозавры очень любят сражаться на мечах. И Рарзвели оказала мне великую честь скрестив со мной клинок.
В конце я узнал планеты, на которых разводят чёртов, и вообще попросил координаты всех планет, которые ему известны. Он предупредил меня, что население на них уничтожено, и в настоящее время большинство из них используются лишь для разведения существ.
Разговор со Станиславским вышел коротким. К концу разговора с Меносом я уже понимал, что склонить его к добровольному сотрудничеству было самой лучшей идеей. Учитывая, что чёрт успел совершить, хрен с ним, что условия жизни у него царские. Поэтому я ничего против Станиславскому не сказал.
Перед тем как я открыл портал Станиславский передал мне приглашение на помолвку, которая состоится у него через неделю. Я почувствовал, что между нами осталась какая-то недосказанность, и спросил напрямую.
— Всё нормально? Почему мне кажется, что за этим, — показал я на пригласительную открытку, — кроется ещё что-то?
— Граф…
— Для тебя просто Костя.
— Ааа? — не сразу понял он. — Да, хорошо, Костя. — Он набрал в легкие воздух. — Может ты помнишь, во время нашей экспедиции ты вылечил человека, который сломал ногу? — Я кивнул. — У него было родовое проклятие. Оно передавалось по мужской линии больше пятисот лет. Ни один целитель не мог им помочь. Пересадка органов тоже не помогла. Ни один представитель их рода не прожил больше пятидесяти лет, несмотря на ранг.
— У тебя кто-то болеет?
— Да, — ответил Станиславский.