От этой хриплой мелодии мурашки по коже разбегаются, поднимая дыбом волоски. Опустив веки, с шипящим стоном проталкиваю головку члена в узкое кольцо.
— Больно… — хнычет она, пытаясь вырваться. Прижимаю собой к джакузи. — Боже, Руслан! Руслан! Ай!
— Потерпи, — шиплю в затылок, медленно и осторожно погружаясь в жаркую тесноту. — Сейчас всё пройдёт. Расслабься.
Опускаю губы на плечо. Снова целую изгиб её хрупкой шеи, местечко за ушком, между лопатками. Прихватываю зубами нежную кожу. Содрогается. Трепетом исходит.
— Господи, Рууус… Руслаааан… — сдаваясь, со стоном наконец впускает меня.
Заполняю её до упора и неподвижно замираю. В глазах меркнет свет, так охренительно в ней. Искрит до слепоты — кончать не хочется. Стенки сжимают и пульсируют так, что нутро скручивает безумным кайфом. Чувствую, как девчонку разбивает крупной дрожью, и сам ею исхожу. Так тесно в ней и огненно. Пиздец просто. Мой член ощущается сплошным оголенным нервом.
Огонь, Машенька. Ты просто огонь, девочка.
Как только её дыхание выравнивается и бубнящие неразборчивые слова перетекают в низкие протяжные стоны, тяжело выдыхаю и начинаю медленно двигаться.
Хорошо ей, по звукам распознаю. По жаркому дрожащему телу чувствую.
— Руслан… Господи… Руслан… Руслаааан… Боже мой… Руслан…
Громко и надсадно дыша, притягиваю за бёдра ближе. Впиваюсь пальцами в кожу.
Тесно, блять! Охуительно тесно в ней. Едва сдерживаю стон. Кровь огненными потоками в пах бросается, режет так, что в глазах искрит. Вены на члене становятся болезненными. Напряжение сковывает до ломоты в мышцах. Из последних сил терплю, чтобы продлить безумие, в которое я столкнул нас обоих.
Ныряю пальцами между ног. Горячая и скользкая, мать её! Коснувшись припухшей плоти, размазываю вязкое возбуждение. Следом массирую клитор. Вынуждаю девочку стонать чаще и жарче.
— Пожалуйста… Пожалуйста… Пожалуйста… — шепчет задушенно, откидывая голову назад. Накрываю ладонью горло. Чуть сдавливаю. Коснувшись губами горячего виска, тяжело дыша, делаю несколько быстрых, безжалостных толчков. Кружа пальцами по клитору, высекаю искры.
— Давай, девочка.