У Сафронова характер… – Она сделала страшную физиономию. – Попробуй сама. Отошьёт так отошьёт, не отошьёт…
Что будет, если не отошьёт, я не расслышала. Музыка стала громче, фигуристы поехали по кругу вдоль борта. Хлопок, и на лёд полетели блёстки. Хлопок, и их стало больше.
Неожиданно Кирилл выбился из строя и остановился у борта прямо напротив меня. В руках его была роза. Большая розовая роза. Поднеся к лицу, он вдохнул аромат и небрежным движением велел мне подойти. На меня устремились взгляды всех, кто был рядом.
Сафронов, черт тебя подери!
Он прищурился. В глазах плясали самодовольные смешинки. Делать было нечего. Встав, подошла к борту. Кир подал мне розу.
– И что это значит? – спросила, не уверенная, что он слышит.
Он слышал.
– Абсолютно ничего.
Сказав это, Кир взял меня за пуговицу пальто и заставил нагнуться. Перехватил за шею. Его горячие губы на моих, мигом онемевших. Щелчки множества камер…
– Ты… – зашипела я, как только он отпустил. Но сказать ничего не успела: секунда – и он, лёгкий как ветер, был уже на другом конце катка.
Карина
Потихоньку все потянулись к выходу. Трибуна, на которой сидела я, тоже пустела, но, в отличие от остальных, я понятия не имела, куда идти. Поднялась вверх и остановилась у двери, через которую меня завела волонтёр. Кое-кто из участников шоу раздавал автографы и фотографировался с болельщиками. Кирилла среди них не было. Он ушёл со льда сразу же.
Проходящая мимо девица окинула меня взглядом.
– Вам помочь? – Откуда ни возьмись, рядом появилась волонтёр.
– Да. Мне нужно встретиться с Кириллом, а куда идти, я не знаю.
Она мельком, словно невзначай, посмотрела на розу и, мягко улыбнувшись, вывела меня в холл. Повсюду продавали сувениры.
Я задержалась возле одного из прилавков.
Попросив волонтёра подождать, я поддалась непонятному порыву и спросила, сколько стоит снимок. Да, Кир теперь стоит дорого. Даже на фото. И всё же я не удержалась."
"– Хорошая фотография, – заметила волонтёр.