— Замерзла?
— Только если чуть-чуть. Надо было прихватить кофту.
— На рабочей кухне было бы адски жарко, а пока, — Сергей прижался к ней со спины и обнял, касаясь обнаженных рук своими ладонями, — тебя согрею я.
Кира согласно вздохнула и почти сразу расслабилась, откидывая ему голову на грудь. Он поцеловал ее в скулу, затем спустился ниже и с удовольствием задержался у шеи и ключиц, чувствуя постепенно ускоряющееся сердцебиение — свое и ее. Его руки переместились Кире на талию и скользнули выше, лаская тело через тонкую шелковистую ткань, постепенно подбираясь к груди.
— Так и знал, что ты не надела лифчик, — прошептал он жадно, сжав ладони на мягких полушариях.
Кира всхлипнула, едва он кончиками указательных пальцев легко ударил по ее затвердевшим соскам. Не удержавшись, Сергей толкнулся в нее, отчего они вдвоем синхронно шумно выдохнули.
— Я... хочу, — выпалила она, дрожа от каждого его прикосновения."
"— М-м-м, — Сергей поглубже вдохнул ее одурманивающий запах. — А поподробнее?
Раздавшееся со стороны Киры шипение было полно гневного неудовольствия.
— Я хочу тебя, — сообщила она с неприкрытым раздражением и вместе с тем — смущенной мольбой.
— Тогда нет повода тебя мучить... — Развернув Киру к себе лицом, Сергей подхватил ее под ягодицы и усадил на высокий, сверкающий чистотой поварской стол.
Знал бы шеф-повар Тимур Артемович, что задумал его приятель и босс, нашинковал бы того мелкой соломкой, ошпарил кипятком и поджег на сковородке, а после подверг шоковой заморозке.
— А камеры? — испугалась Кира.
— Выключены на этот вечер, — говоря, Сергей оглаживал ее ноги от колена до бедра, постепенно сдвигая юбку выше и обнажая золотистую кожу.
— Тогда ладно, — успокоилась Кира и оперлась руками о столешницу, предоставляя ему лучший доступ к собственному телу.
Сергей хищно усмехнулся и затем прижался губами к уже выученному за случившуюся между ними ночь особенному месту у левой ключицы.
— Расслабься, — попросил Сергей вкрадчиво и пообещал: — Я тебя не съем, но попробую.
— Что ты?.. — зашептала она сбивчиво, наблюдая, как Сергей опускается на колени. — Ты же не...