— Обморок не опасен? — на всякий случай переспросил Алатар.
— Совершенно, — успокоил жрец.
— Позвольте помочь вам, владыка Тумана, — вперед шагнул один из стражей.
Он предлагал забрать у Алатара его драгоценную ношу, но все в мужчине воспротивилось этому.
— Я сам, — Алатар прижал девушку к себе.
Он лично отнес Линьеру в спальню, где опустил на кровать. Но и тут ему было нелегко с ней расстаться.
Алатар все еще злился на младшую принцессу. Она на пару с сестрой обманула его, а, значит, виновата не меньше, чем сама Алтея.
Не удержавшись, Алатар наклонился к девушке и вдохнул запах ее волос. Да, тот самый. Он с легкостью узнал его. Едва он ощутил аромат принцессы, как мысли окрасились в черный — цвет тоски.
Линьера лежала прямо перед ним, но при этом они были далеки друг от друга, словно их разделяли равнины и океаны.
Впрочем, зачем ему это общее? Достаточно того, что он мужчина, а она женщина. Страсть скрепит любой союз. А ее у Алатара хоть отбавляй.
Даже сейчас, когда принцесса лежит без сознания, абсолютно беспомощная, он думает о ее губах. Таких сочных и сладких, что с ними не сравнится ни один фрукт.
Алатар сказал Лине, что отправит ее домой после того, как она родит. Похоже, солгал. Пусть в тот момент и неосознанно. Никуда он ее не отпустит. Оставит себе. И не потому, что их соединил алтарь предков, а потому, что… А почему, собственно?
Он отпрянул от девушки. Все слишком запуталось. Он сам запутался.
Чего же ты хочешь, Алатар Небул, от нее и от себя? Ответ ускользал. Ощущался смутными незнакомыми эмоциями. Желанием чего-то большего, чего-то настоящего, но пока непонятного и недоступного.
Нет, ответа Алатар еще не знал. Но уже чувствовал — тот изменит его жизнь. К добру или к худу пока неясно.
Лишь одно было ясно наверняка: сейчас эта девушка — самое большое сокровище страны Туманов.
Как верно заметил жрец: Линьере требовался отдых, и Алатар оставил ее одну. Он отправился в кабинет, где его поджидала Алтея. Естественно, она уже знала о состоявшемся обряде и его результатах.