— Прекрасно, прекрасно, — учтиво проговорил мистер Дженкинсон, скрывая изумление, что одинокая молодая женщина с двумя детьми едет на север.
Увидев в отдалении Летти и Мариэтту, Лилли вежливо откланялась. Было ясно, что Сьюзен еще не сообщила мистеру Дженкинсону, что возвращается в Доусон как невеста Пибоди, потому что иначе сказала бы, что и Лилли тоже невеста Пибоди.
— А где Лотти и Лео? — спросила она, подходя к подругам. — Я думала, что они с вами.
— Да, но потом мы повстречали спасителя Лео, и они втроем пошли на нос посмотреть на приближающийся Скагуэй.
"— О Боже! — воскликнула Лилли.
Зеленые, как у кошки, глаза Мариэтты чуть не вылезли из орбит.
— А в чем дело? Мы подумали, ты не будешь против.
Лео просто боготворит мистера Камерона, а Лотти считает его еще и красавцем.
— Да, конечно, но лучше я их заберу.
Мариэтта и Летти озадаченно смотрели на нее. Лилли ответила им беспомощным взглядом. Она не могла объяснить Она была слишком многим обязана Рингану Камерону, чтобы распространить новость о том, что он был осужден за убийство.
Она быстро пошла на нос, только сейчас заметив возбуждение, царившее среди ее попутчиков.
— Ворота Романтики — это и есть Скагуэй, — объяснял кто-то из старожилов новичкам. — Он покажется с минуты на минуту, притулившийся у подножия гор Белого перевала…
— А это канал Линн мисс Нетлшем, — говорил офицер из корабельной команды, обращаясь к мисс Нетлшем, смотревшей в бинокль.
Лилли обошла их сзади, чтобы не попасть в поле зрения молодой женщины. Она чувствовала себя виноватой, что не приложила больше усилий подружиться с мисс Нетлшем, но сейчас было не время исправлять ошибки.
На носу собралась целая толпа, все смотрели на вздымающиеся к небу, покрытые снегом горы. Они были так близко, что, казалось, можно их потрогать.
Ринган Камерон, как всегда, выделялся среди окружающих цветом волос и телосложением. Он возвышался у поручней, по обе стороны от него стояли Лео и Лотти.
Приближаясь, Лилли не могла не отметить, что никогда еще не встречала мужчину со столь красивыми волосами, богатых оттенками — от красного дерева до муската, — и с такими кудрями.
Лилли мысленно одернула себя. О чем это она думает? Ей нравятся только густые, блестящие волосы цвета спелой пшеницы.
Она кашлянула.