Запрокинув голову, он подставил лицо солнечным лучам и улыбнулся, словно радуясь нарождающемуся дню. Вспомнив, что вода в ручье такая холодная, что зубы сводит, Юлдуз невольно вздрогнула и поежилась, представив, что сейчас чувствует этот странный человек. Тот, словно услышав ее мысли, нашел девушку взглядом, и она в очередной раз вздрогнула. Прямо ей в глаза был направлен взгляд странного, медового цвета глаз.
— Не бойся, девочка. Я не воюю с женщинами, — улыбнулся мужчина.
Голос его звучал хрипло, а слова черкесского языка он выговаривал хоть и правильно, но со странным, жестким акцентом.
— Ты колдун? — решившись, спросила Юлдуз.
— Я казак, девочка. Характерник. Сотник, Григорий Серко. А тебя как зовут?
— Юлдуз.
— Звездочка, значит, — кивнул казак. — А что, похоже. Особенно когда улыбаешься. Сразу сиять начинаешь, как звездочка.
Юлдуз растерялась. Такие слова ей говорил только покойный отец. Вспомнив родителей, девушка разом погрустнела и опустила голову.
— Что с тобой? — насторожился казак.
— Родителей вспомнила.
— А где они?
— Умерли. Оспа, — коротко ответила Юлдуз.
— Так ты сирота? — осторожно уточнил казак.
— Да.
— Понятно. А коза чья?
— Моя. Кормилица. Это все, что осталось после оспы, — чуть слышно всхлипнула Юлдуз.
— Выходит, в ауле тебя никто не ждет?
— Нет, — тряхнула девушка черными как смоль косами.
— Тогда забирай свою кормилицу и пошли, — решительно скомандовал казак, поднимаясь на ноги.
Только теперь Юлдуз поняла, что незнакомец высок ростом, широкоплеч и мускулист. Поджарое тело было телом воина, а шрамы, усеявшие его торс, прибавляли ему суровой привлекательности.
— Куда пошли? — растерялась Юлдуз.
— В станицу. Женой моей будешь, — коротко пояснил казак и, взяв девушку за руку, легко вздернул ее на ноги.
— Но ведь ты христианин, — пролепетала девушка.
— И что? Ты сирота. Значит, можешь сама за себя решить, принимать веру мужа или нет. А мне в доме хозяйка нужна.
Спорить с этим странным казаком она не решилась. Ведь помнила, как молила Всевышнего послать ей защитника.