Понимая, что длиться это может долго, Гриша поднялся и, откашлявшись, шагнул к ним, протягивая графу склянку с лекарством:
— Ваше высокоблагородие, отдайте это Ахмеду и скажите, что шрамы нужно мазать утром, как встанет, и вечером, перед тем, как спать ляжет.
— Ты еще и травник? — удивился генерал.
— Да уж, Гришенька у нас настоящий кладезь талантов, — рассмеялась Зоя. — И убить может, и отлупить, и вылечить.
— Так одно без другого не бывает, — развел парень руками.
— А ведь он прав, Зоенька, — задумчиво протянул генерал, и Гриша отметил про себя это обращение к хозяйке дома.
— Граф, если вас не затруднит, расскажите потом о результате этого лечения, — помолчав, попросила Зоя.
— Зачем вам это? — не понял генерал.
— Есть причина, — уклонилась Зоя от прямого ответа.
— Гм, если это секрет… — начал генерал, но Зоя, заметно посуровев лицом, тихо сказала:
— Граф, это не просто секрет.
— Нет. Не надо. Прошу вас меня извинить, — с жаром воскликнул генерал. — Я позволил себе то, чего не должен был позволять. Просто с некоторых пор все, что касается вас, для меня стало очень важно. Надеюсь, вы простите меня и позволите снова увидеть вас.
— Я обижусь, если вы не приедете в ближайшее время, — ласково улыбнулась Зоя. — Но моя просьба остается в силе.
— Конечно, — поспешил согласиться граф.
— Я очень хочу верить, что однажды смогу рассказать вам всё, граф, — тихо вздохнула хозяйка дома. — Но пожалуйста, не торопите меня.
— И в мыслях не было, — поспешил заверить ее граф, вспомнив слова казака, сказанные в начале его визита. — Единственное, что может послужить мне оправданием, так это то, что я давно уже отвык разговаривать с дамами. Большая часть моей жизни проходит в казармах.
— Граф, не нужно оправдываться. Я же сказала, я не сержусь, и жду вас в любое время, — улыбнулась Зоя, и генерал, забрав склянку, откланялся.
* * *История сборки автомобиля для Зои Степановны была достойна отдельного рассказа. К концу своего обучения Гриша понял, что, имея на руках все необходимые части, собрать самобеглую повозку не особо и сложно. Все упиралось в кузов. Для молодой, изящной женщины авто навроде тех, что выпускали заводы господина Бенца, «Рено» или «Руссо-Балт», были слишком громоздкими.