Наконец непонятные ощущения победили застенчивость. Бесшумно прокравшись в спальню, она легла на краешек постели. Кейнан не шевелился, и девушка так и не поняла, спит он или бодрствует. Предсказания его оправдались: начался дождь, и мерный стук капель, разбивавшихся о гравий дорожки и листья, успокаивал и убаюкивал. Веки девушки отяжелели и сами собой закрылись.
Кейнанреис, затаив дыхание, обнял спящую девушку. Она что-то пробормотала и свернулась клубочком. Дей почти терял рассудок от вожделения. Она сама пришла к нему!
Он жадно всматривался в Индию, умирая от желания впиться в эти пухлые соблазнительные губки, вкусить меда невинности.
Он стиснул кулаки, чтобы удержаться от неистовых ласк и не перепугать девушку. Разумеется, любой другой на его месте просто посмеялся бы над таким бережным отношением к невольнице. Если женщина принадлежит мужчине и тот хочет ее, значит, она подчиняется всем его прихотям, или… или он берет ее силой. Однако Кейнан с самого начала не нашел в себе сил принудить Индию и теперь понял, что все время добивался одного: она должна полюбить его самого, а не за богатство и положение наместника султана.
Женщины в гареме прелестны и готовы на все, лишь бы ублажить хозяина, но Индия была права, утверждая, что они его боятся. Это чистая правда. В его руках их жизнь и смерть — таков здешний обычай. Они стремятся угодить ему, потому что все, чем владеют, дал им он, дей Эль-Синута. И хотя он укротил гордость Индии, все же не сломил ее мятежный дух и не превратил в послушную овцу.
Он стремится получить ее одну.
Последнее время она часто и вопросительно поглядывает на него. О чем думает при этом? И сможет ли полюбить его после всего, что ей пришлось пережить? Согласилась бы стать его женой, будь они в Англии, а не в Эль-Синуте? Ей уже семнадцать. Почти старая дева. Почему до сих пор ни она, ни ее семья не выбрали подходящего жениха? Когда-нибудь он обязательно об этом спросит.