"
"– Янис, только потише, – слабо пытается наставлять Алёна, словно почувствовав мой воинственный настрой, когда прохожу через кабинет и кладу ее на кушетку под удивленными взглядами двух пар глаз.
Но плевать я сейчас хотел на приличия.
– Вы что себе позволяете, молодой человек? – спрашивает женщина в белом халате и очках в красной оправе. – У меня прием!
Зыркаю на молоденькую девчонку, которая сидит на стуле напротив врача, и показываю ей глазами на дверь.
– Ваш вопрос подождет. Выйдите, – требую я.
– Здесь платная клиника, что вы себе позволяете? – снова возмущается врач Алёны.
– Правда? – Достаю бумажник из кармана брюк и бросаю наличность на стол.– Тогда я всё оплатил. Поставьте девушку на ноги, иначе я вас по судам затаскаю. Десять минут на осмотр и правильный диагноз. Я жду за дверью. А потом возвращаюсь со своим юристом.
Беру девчонку, сидящую на стуле, под локоть и веду ее на выход.
Помощница матери, у которой я вчера просил документы на Ковалёву, звонит третий раз подряд за последний час. Но сейчас не до нее.
Хожу по коридору туда-сюда, считаю шаги, чтобы чем-то себя занять, когда замечаю двух медсестер, которые заныривают в кабинет, где находится Алёна. Спустя несколько минут ее вывозят на каталке с капельницей в руке.
Подойдя, я осматриваю Алёну беглым взглядом. Она спит и похожа на бледную тень себя.
– Что со здоровьем Ковалёвой? – с ходу начинаю я.
– Вас манерам не учили, молодой человек? Вы второй раз за последние полчаса врываетесь в кабинет без предупреждения. Да еще и с угрозами.
– Я задал вопрос.
– А вы, собственно, кем ей приходитесь? Мы посторонним такую информацию не сообщаем.
– Посторонние люди так себя и не ведут, это во-первых. А во-вторых, я ее муж и отец ее ребенка.
Врач изумленно смотрит в карточку, потом на меня.
– Отец ребенка, да? – Она опять что-то там листает в своих бумажках. – Алёна Владимировна не беременна, и детей у нее нет. Так что выйдите, пожалуйста, за дверь, муж, – язвительно хмыкает. – И деньги свои заберите, – кивает на пачку наличности на краю стола.
За два дня получено слишком много противоречивой информации.