Невозможный Роман

Беда в том, что Глаша в этом смысле была вообще безнадежной. Жизнь ее не учила в принципе… Иначе как объяснить то, что происходило?

Прохладные пальцы Полякова легли на живот. Поиграли с пуговицей на ширинке, провели по голой полоске кожи чуть выше пояска. Губы прихватили ухо… Глаша задрожала, запрокинула голову, неосознанно потянулась к его губам, и когда они соприкоснулись, тихонько вздохнула. Вырвавшееся облачко пара закружил и унес ветерок. Как и её сомнения. Это было сладко, жарко и невозможно прекрасно. Её никто так не целовал.

Сказывался, наверное, опыт, но и это Аглаю не волновало. Так даже лучше… Она хотела опытного заботливого любовника, и на эту роль Роман подходил, как никто. От неудобной позы начала неметь шея, Аглая высвободилась из рук Полякова и повернулась к нему лицом. Его взгляд пылал, а мощная грудная клетка часто вздымалась.

Вау… Это она с ним сотворила такое? Вау…

- Дядь Ром! У нас ютюб завис! Дядь Ром…

Глаша моргнула и со стыдом отпрянула от Романа.

- Нам домой пора… Уже поздно.

- И не мечтай. Девочки лягут в свободной спальне, ты - в моей, а я - на диване…

Ага, как же… Судя по плотоядной улыбке Романа, дивану предстояло пустовать до утра. Но почему-то Глашу это больше не пугало. Возможно, в её размеренной жизни как и раз не хватало вот такой, ни к чему не обязывающей, грязной интрижки.

Глава 15

Романа разбудил непривычный шум, доносящийся из кухни. Он с силой потянулся, перевернулся на бок и с наслаждением вдохнул витающие в воздухе ароматы. И словно не было десятков лет.

.. Он будто вновь вернулся в далекое босоногое детство, в котором мама пекла им с Алкой тонкие, будто кружевные, блинчики, чтобы побаловать. Пахло именно так. Выпечкой и топленым сливочным маслом, в которое он окунал посыпанный сахаром свернутый в трубочку блин. Воспоминание было настолько ярким, что, казалось, еще чуть-чуть, и под потолком прокатится мамино: Ро-о-ом, Аа-ал, ну, вы идете? Сколько можно дрыхнуть?

Так... Стоп! Какого черта?

Роман, как ужаленный, подскочил на постели, шаря взглядом по залитой солнечным светом спальне.

Предполагалось, что здесь будет спать Аглая! Тогда какого... Роман скривился, обхватил голову руками и тихонько выматерился. Вот тебе и проверили звукоизоляцию! Что ж так стыдно-то, а? Как вообще ей в глаза смотреть? Поляков отвел от лица ладони и огляделся. Возле ножки кровати прямо на полу валялся использованный презерватив. Собственно, то, как он его снял, и было последним воспоминанием Романа. А дальше...