Внутри конверта лежала красивая пятидесятирублевая бумажка. Мариночка поняла, что ее признали своей. Дальше – больше. В конце недели, а именно в субботу, Ада Марковна дала Марине ключ и велела:
– Иди в люкс и проверь, все ли там в порядке.
Зудина открыла комнату, смахнула кое-где пыль, встряхнула накидки на креслах и доложила:
– Все путем.
Утром в воскресенье Ада Марковна опять приказала:
– Убери там!
Зудина пошла в номер для начальства и присвистнула. Да, оттягивались в нем, похоже, по полной программе.
Мариночка засучила рукава и мигом привела номер в пристойный вид. Потом в порыве вдохновения сбегала на первый этаж, взяла в холле букет из пластмассовых тюльпанов и, помыв его, водрузила на письменный стол. Пришедшая принимать работу Ада Марковна усмехнулась:
– Старательная ты, Марина.
Директрису и горничную разделяло не так уж много лет, но у Ады за плечами был техникум коммунального хозяйства, поэтому она и сделала столь успешную карьеру в «гостиничном мире». Но Зудина никогда не завидовала более удачливой начальнице, разве что иногда вздыхала, получая зарплату, однако после того, как Марине поручили убирать «генеральский» номер, отпал последний повод для зависти.
В коммунистические времена получку выдавали точно в срок, два раза в месяц.
Третьего марта, расписавшись в кабинете у Ады Марковны в ведомости, Марина сложила заработанное в кошелек и собралась уходить.
– Это мне? – удивилась Зудина.
– На втором этаже положено иметь двух горничных, – спокойно пояснила Ада Марковна, – но ты великолепно справляешься одна. Зачем же нанимать еще одного человека? Лучше заплачу тебе две ставки. Только никому ни гугу, иначе всем нагорит!
Мариночка радостно кивнула.
Через месяц она стала правой рукой Ады Марковны, и ее посвятили во все секреты.