Скинулись представители магистратов некоторых городов, и князь подписал разрешение на продажу принадлежащего ему в Лорионе участка земли, который мешал сделать пристройку к новому зданию парламента, а неподалеку от замка возникла новая железоделательная мануфактура, позволившая в короткий срок вооружить солдат мечами.
Подскакал и резко затормозил рядом граф Танзани, который занимался с латной конницей, гоняя дворян на тренировках.
– Совсем расслабились! – прорычал он.
Видеть всегда холодного и спокойного графа в таком бешенстве князю еще не доводилось, и он удивленно вскинулся:
– Граф?
– Один барончик посмел заявить мне! Мне! Что я опускаюсь до простолюдинов, когда пытаюсь заставить благородных заниматься с ними! – Внешне граф уже успокоился, только в его взгляде бушевала метель. Стоявшие рядом с князем люди сочли за лучшее слегка отъехать в сторону, опасаясь попасть под раздачу.
– Хм… и?"
"– Конечно, я его зарубил на месте. Он посмел мне указывать, что я должен делать, а что нет.
– А проблем не будет, граф? – встревожился князь.
– Из-за этого мелкого барончика? Конечно, нет. Тем более была дуэль.
– Вы же сказали, что зарубили?
Граф пожал плечами.
– Зарубил, дуэль… он меч-то едва держал, против меня – без шансов, так что без разницы.
Да уж, граф всегда кристально честен как с другими, так и с собой.
– Что ж, если все нормально, то ладно. Мне бы такое не сошло.
– Не сошло бы, – согласился граф. – Зато сейчас все поняли необходимость тренировок и отработки слаженности в действиях, как ты говоришь.
Честен и прямолинеен, но знает, где можно действовать прямо, а где лучше остановиться. Чем больше князь узнавал графа, тем больше ему поражался. Он, казалось, совмещал черты характера совершенно несовместимые.