Еще и Гирона выдернул. Винкор!
– Да, милорд?
– Сегодня ты мне больше не понадобишься, можешь быть свободен.
– А вы, милорд?
– Я тоже сейчас пойду спать. Ты же не думаешь, что я без помощи не найду свою комнату?
– Нет, конечно, милорд. Спокойной ночи, милорд.
Князь посидел еще немного, потом встал. Действительно, пора уже баиньки, завтра опять эта неугомонная с утра поднимет и на тренировку потащит. Вот и поддавайся на уговоры. И ведь не бросишь теперь, еще и учить сражаться ножом приходится и кулаками махать.
Как, впрочем, и ожидалось, Аливия с утра уже была в его комнате и вовсю трещала о будущих планах. Князь с грустью смотрел на носящуюся рядом девочку и понимал, что пяти часов на сон все-таки мало.
– Кнопка, ну неужели вы не могли сделать разминку без меня?
– Так сделали уже. Я в шесть встала.
– Электровеник ты, а не Кнопка, – вздохнул князь и выбрался из кровати.
– Ты обещал мне сказать, что такое электровеник. А то даже Корт так дразнит, а я не знаю, сразу в лоб ему дать, чтоб не обзывался, или улыбнуться за комплимент.
Князь замер, потом удивленно глянул на пигалицу, которая сейчас крутилась перед подобием зеркала, в котором старалась рассмотреть себя. Не понял, это она о флирте задумалась, что ли? Сколько ей лет? Девять, да?
– Он тебя еще и скипидаркой обзывает и тоже не знает смысла этого слова.
– А какой у него смысл? – тут же повернулась девочка.
– Никакого. Нет такого слова. Есть слово «скипидар». Это такая жидкость, которую делают из хвойных деревьев.
Аливия задумалась.
– Это чего, я жидкость, да? – возмутилась она. – Все, точно в лоб получит!
– Мальчики, между прочим, любят слабых девушек, которых защищать надо, – хмыкнул князь. – А если девушка сама любому пилюль надает, то кому она нужна?
– А я и не собираюсь замуж выходить! Только за такого, как ты!
– Это какого?
– Сильного и смелого!
– Ну, спасибо.
– Ой! – пискнула Аливия, покраснела и тут же исчезла из комнаты.
Князь подошел к шкафу и вынул спортивный костюм. В свое время ему пришлось выдержать настоящее сражение с Гюнтером, который считал, что его светлости не положено одеваться самостоятельно. Ему должны помогать как минимум трое слуг.
– Вот герцогу Ортонскому помогают одеваться двенадцать слуг. Сразу видно важного господина.