– Прошу прощения, ваше величество, но, кажется, эта помолвка заговорщикам только мешала, потому они и стремились разорвать ее. Ваша сестра не стала бы послушной куклой, а ее права на трон в случае…
– Да продолжайте уже, я все понял. В случае моей смерти именно моя сестра становилась королевой, и это право оспорить никто бы не смог. А им нужна кукла, которой можно управлять.
– Верно, ваше величество. Пока еще не все ясно, основные фигуранты в столице… Здесь не очень важные персоны. И еще… я осмелился задержать герцога Рованьорского, но для ареста мне нужна ваша санкция, ваше величество.
– Да перестань ты… – Артон поморщился. – Я даю тебе санкцию. Задерживай всех, кого посчитаешь нужным.
– К вам просится герцог Ортонский…
– Позже. Так что там с заговорщиками? Известно, кто заправляет в столице?
– Да, ваше величество. Командует маркиз Савский, сын герцога Вертонского… но сам герцог в заговоре участия не принимает.
– Ну, еще бы.
"– А вскоре в столицу должны войти войска герцога Нинсельского. Кажется, ему доверили казну, на которую он нанял отряды наемников и набрал разного отребья. Опередить его мы не сможем. Однако того, кто все это затеял, выявить так и не удалось, тут нужно копать уже в столице. Ясно только, что Лодерские, герцог Нинсельский, герцог Ортонский, маркиз Савский пусть важные фигуры, но никто из них на главу заговора не тянет.
– Понятно, – нахмурился Артон. – Известно что-нибудь про Родердон?
– Немного, ваше величество.
Как это бывает обычно, никто не мог сказать, из-за чего начались волнения. Только утром город был тих и спокоен, а к обеду уже пылали кварталы бедняков, по улицам сновали отряды стражников, хватая всех подряд, что только подливало масла в костер восстания. Вскоре на улицах возникли баррикады, а у восставших откуда-то появились арбалеты, боевые топоры и копья.