Я благоразумно заткнулась и обрадовалась, что успела схватить сумочку. Вот только моя верхняя одежда осталась в ресторане. А Павел меня уже закинул в собственную машину и резко взял старт.
— Ты что делаешь? — возмутилась, вцепившись в ручку на двери.
— То, что давно должен был сделать, — прорычал Павел. И в такой ярости я видела впервые. Хотя мы не были еще настолько давно знакомы. Поэтому и изучить не успела.
— Между прочим, ты меня оставил без одежды, — фыркнула.
— Другую куплю, — рыкнул мужчина.
— Не нужна мне другая!
— Я тебя спрашивать даже не буду, — сообщил Павел, заезжая на парковку элитного дома.
— А где это мы? — удивилась я.
— Здесь моя квартира и убежать отсюда ты не сможешь, — соизволил ответить мужчина. Вытащил меня из машины, как я ни упиралась. И, перекинув через плечо, куда-то понес. Конечно, можно возмущаться, дергаться и даже кричать. Вот только это не поможет. Поняла, что значительно перегнула. Да и, в конце концов, чего я выпендривалась? Вполне можно было Павла выбрать. Он казался мне более надежным.
— Может, ты уже отпустишь меня? — попросила, когда меня занесли в большую квартиру. И вот что странное, никто из соседей даже не попался. То есть моего позора никто не видел.
— Больше никогда не отпущу, — заявил Павел, но все-таки спустил меня на пол.
— Любимая, ты ужин собралась приготовить? — уточнил мужчина, медленно идя за мной.
— Определенно ужин, — хищно улыбнулась я и попустила в него сковородой. Мужчина ловко уклонился. Но я на этом не остановилась. Полетели тарелки, звонко разлетаясь от удара о стены.
— Сейчас же прекрати рушить нашу квартиру! — прорычал Павел, уклоняясь от очередного снаряда.
— Это не моя квартира, — теперь зарычала я и кинула новую тарелку.
— Наша, — поправил меня Павел, а потом одним резким движением приблизился ко мне, поднял и усадил на столешницу, заставляя ногами обнять его бедра. А потом не говоря ни слова, поцеловал, одновременно с этим срывая мою одежду.
Сперва попыталась отбиться, но мужчина был словно скала, которую не сдвинешь, поэтому решила поддаться. Тем более такой напор невероятно взбудоражил кровь.