Неужели вы стали бы вводить свою любовницу в дом через парадный вход, чтобы познакомить ее со своей матерью?
На лице Бенедикта сначала появилось изумленное выражение, потом оно исказилось от ярости.
Сердце Софи радостно забилось: наконец-то ей удалось задеть его за живое.
– Неужели вы вообще стали бы их знакомить? - продолжала она, желая еще больше его помучить.
– Ты мне не любовница! - выпалил он.
– Что верно, то верно.
Вскинув голову, Бенедикт так и впился в нее горящим взглядом,
– Ты служанка, черт бы тебя побрал, - дрожащим от злости голосом продолжал он, - потому что сама захотела ею стать.
Улыбка Софи погасла. Она поняла, что довела Бенедикта до крайности.
– Пойдем со мной, - буркнул Бенедикт, увидев, что Софи не собирается больше с ним спорить.
Софи стала подниматься следом за ним по ступенькам лестницы. Что ж, может быть, это и к лучшему, что она войдет в дом через парадную дверь.
Распахнув дверь, Бенедикт придержал ее, пропуская Софи вперед. А в следующую секунду появился дворецкий.
– Уикем, прошу вас, сообщите моей матушке, что я вернулся, - обратился к нему Бенедикт.
– Слушаюсь, мистер Бриджертон, - ответил Уикем.
– Я был бы поражен, если бы она не была этим весьма озабочена.
Пренебрежительно и вместе с тем с любопытством кивнув в сторону Софи, Уикем спросил:
– Следует ли мне доложить вашей матушке и о том, что вы приехали не один?
– Непременно.
– Как мне следует представить вашу гостью?
Софи с любопытством взглянула на Бенедикта.
– Ее зовут мисс Бекетт, - ответил Бенедикт. - Она ищет работу.
Одна бровь Уикема поползла вверх. Софи была поражена. Она всегда считала, что дворецкие должны быть абсолютно бесстрастны.
– Работу горничной? - уточнил Уикем.
– Какая найдется, - бросил Бенедикт, и в его голосе послышались нетерпеливые нотки.
– Слушаюсь, мистер Бриджертон, - проговорил Уикем и, быстро поднявшись по лестнице, исчез из вида.