Вот сейчас он вихрем слетит с лестницы. Опять никого…
Софи открыла было рот, но тотчас же закрыла его, сообразив, что собирается его позвать.
– Вот дурочка, - пробормотала она.
– Это кто дурочка? - послышался голос Бенедикта. - Неужели ты?
Софи даже подпрыгнула от неожиданности.
– Откуда вы взялись? - прошептала она, с трудом обретя дыхание.
Бенедикт указал на открытую дверь.
– Вот оттуда, - невинным голосом ответил он.
– Так, значит, теперь вы взяли моду выскакивать из чулана и бросаться на меня?
– Ну что ты, конечно, нет.
"В самом деле, за его спиной она увидела лестницу, которой пользуются слуги. Ни один уважающий себя член семьи не станет ходить здесь.
– И часто вы пользуетесь боковой лестницей? - спросила Софи, скрестив руки на груди.
Бенедикт наклонился вперед, и Софи почувствовала одновременно и некоторую неловкость, и приятное возбуждение, хотя в последнем она не призналась бы никому, даже самой себе.
– Только когда мне хочется незаметно к кому-нибудь подкрасться.
Софи попробовала проскользнуть мимо него.
– Мне нужно идти работать, - заявила она.
– Сейчас?
– Да, сейчас, - сквозь зубы процедила Софи.
– Но Гиацинта завтракает. Не станешь же ты ее причесывать во время еды.
– Помимо Гиацинты, я еще прислуживаю Франческе и Элоизе.
Бенедикт пожал плечами, невинно улыбнувшись.
– Они тоже завтракают. По-моему, на данный момент ты свободна.
– А вы, оказывается, совсем не знаете, что входит в обязанности горничной, - заметила Софи.
– Серебро?
– Туфли! - выкрикнула Софи. - Я должна чистить туфли!
– Вот как? - Опершись плечом о стену, Бенедикт и не собирался уступать ей дорогу. - Какая, должно быть, скука.
– Вы правы, - с трудом проговорила Софи, чувствуя, что на глаза наворачиваются слезы. Она знала, что жизнь ее скучна, но ей было больно слышать это от Бенедикта.
Губы его растянулись в ленивую улыбку.
– А ведь твоя жизнь может быть вовсе не скучной.
– Лучше пусть будет скучной, - бросила Софи, пытаясь пройти мимо него.
– Ну, если ты так этого хочешь… - усмехнулся Бенедикт, небрежно махнув Софи рукой, чтобы она проходила.
– Да, я так хочу, - проговорила она и, чувствуя, что произнесла эти слова не так решительно, как хотелось бы, повторила:
– Хочу.
А про себя подумала, что незачем лгать себе, вовсе она этого не хочет, но ничего не поделаешь.
– Кого ты пытаешься убедить, себя или меня? - насмешливо спросил Бенедикт.