Высокая, стройная, с рыжевато-каштановыми волосами и щеками, слегка покрытыми веснушками. Вот только цвет лица немного желтоват, решила Софи. А может быть, виной тому невзрачное желтое платье?
Вроде бы ей приходилось читать у леди Уислдаун о том, что бедняжка Пенелопа не умеет одеваться. Вот если бы ей удалось уговорить матушку позволить носить голубое, она бы от этого только выиграла.
Софи украдкой разглядывала Пенелопу и внезапно заметила, что та тоже ее разглядывает, причем отнюдь не украдкой.
– Мы с вами, кажется, где-то встречались? - внезапно спросила она.
Софи охватило какое-то недоброе предчувствие. А может быть, вспомнилось уже пережитое.
– Не думаю, - поспешно ответила она.
– Вы уверены? - не отставала Пенелопа, не сводя с Софи глаз.
– Н…не знаю, где мы с вами могли встречаться.
Тихонько вздохнув, Пенелопа покачала головой, словно отгоняя воспоминания.
– Думаю, вы правы. И все-таки есть в вас что-то неуловимо знакомое.
– Софи - наша новая горничная, - сказала Гиацинта, словно этим могла что-то объяснить. - Она обычно пьет с нами чай, когда нет гостей.
Пенелопа что-то пробормотала в ответ, и внезапно Софи осенило. Пенелопа права, они и в самом деле раньше встречались! Это произошло на балу-маскараде за несколько секунд до ее знакомства с Бенедиктом."
"Она только что вошла в зал, и молодые люди устремились к ней со всех сторон. Пенелопа стояла с ней рядом, облаченная в странноватый костюм зеленого цвета и смешную шляпку.
Софи подскочила к ней, помогла подняться, сказала что-то вроде: ""Ну вот, теперь все будет хорошо"", - но тут подошли еще несколько молодых джентльменов и разделили их.
А потом Софи увидела Бенедикта, и больше для нее никто не существовал.
И похоже, это событие тоже осталось у Пенелопы в памяти.
– Должно быть, я ошиблась, - сказала она, принимая из рук Франчески чашку чая. - Мне показалось знакомым не ваше лицо, а ваша манера держаться, если вы понимаете, что я хочу сказать.