– …но она сказала, нет, это не Номер два, а…"
"Внезапно Бенедикт почувствовал, что ему лучше отойти от этой трещотки подальше, иначе он придушит ее голыми руками, а при таком обилии свидетелей скрыться ему наверняка не удастся.
– Прошу меня простить, - спокойно проговорил он, хотя спокойствие это далось ему с величайшим трудом. - Я вынужден вас покинуть. Мне нужно кое с кем поговорить.
Пастушка, естественно, поняла, что он лжет, однако Бенедикту было на это наплевать. Коротко кивнув ей, он кратчайшим путем направился к боковой двери в танцевальный зал, намереваясь поскорее скрыться от шумной толпы в кабинете брата, насладиться блаженным покоем и бокалом хорошего бренди.
– Бенедикт!
Вот черт! С бренди придется повременить. Бенедикт обернулся: к нему быстрым шагом направлялась мать. На ней был костюм эпохи королевы Елизаветы. Насколько он помнил, мать собиралась изображать героиню из какой-то шекспировской пьесы, а вот какую именно, он понятия не имел.
– Что тебе угодно, мама? - спросил он.
– Ни о чем подобном я тебя просить не собиралась, - ответила Вайолет. - Я хотела попросить тебя потанцевать с Пруденс Фезерингтон.
– Пощади, матушка! - простонал Бенедикт. - Она еще хуже.
– Я прошу тебя не жениться на ней, мой мальчик, а просто потанцевать.
Бенедикт едва сдержался, чтобы не выругаться. Пруденс Фезерингтон - милая девушка, вот только не обремененная интеллектом.
– Знаешь что, - предложил он. - Я обещаю тебе потанцевать с Пенелопой Фезерингтон, если ты сможешь сделать так, чтобы Пруденс держалась от меня подальше.
– Договорились, - удовлетворенно кивнула мать, и у Бенедикта сложилось нехорошее впечатление, что она именно этого и добивалась.
– Вот она, у стола с прохладительными напитками, в костюме гнома, бедняжка.
– Похоже, ты еще не видела русалку, - пробормотал Бенедикт.
Мать шутливо стукнула его по руке.
– Не смей издеваться над гостями!
– Они сами на это напрашиваются.
Предостерегающе взглянув на него, мать сказала:
– Пойду поищу твою сестру.
– Которую?
– Ту, которая не замужем, - весело проговорила Вайолет.