Оковы для призрака

 – Как могло кому-то взбрести в голову, что шестнадцатилетние юнцы готовы к сражениям?

– Это решение основывалось на твоих показаниях.

Челюсть у меня отвалилась, все внутри заледенело. Основывалось на моих показаниях… Нет, это немыслимо.

Адриан мягко подтолкнул меня, стремясь вывести из ступора.

– Пошли. Они еще не закончили. Просто сделали объявление на открытом заседании, и некоторые… слегка огорчены.

– Надо полагать.

Повторять дважды не пришлось. Я двинулась за Адрианом, но потом до меня дошло, что я все еще в пижаме.

Быстро переоделась и расчесала волосы, по-прежнему с трудом веря его словам, и спустя пять минут мы уже были за дверью. Адриан никогда сильно не увлекался спортом, но на всем пути до зала Совета сохранял хороший темп.

– Как такое могло произойти? – спросила я. – Ты и впрямь считаешь, что мой пример сыграл какую-то роль?

Не останавливаясь, он закурил сигарету, и я не сказала по этому поводу ни слова.

– Обсуждение, видимо, было очень жарким. Голоса разделились примерно поровну.

Те, кто проталкивал эту идею, понимали – чтобы одержать победу, нужно представить убедительное доказательство. Им крупно повезло с тобой. Еще бы! Дампирка-подросток, убивавшая стригоев направо и налево задолго до окончания школы.

– Не так уж задолго, – пробормотала я.

Во мне разгоралась ярость. Шестнадцать? Неужели они это серьезно? Нелепость! От мысли о том, что я, не осознавая этого, помогла провести это постановление, все внутри клокотало. Какая же я дура! Вообразила, будто они вызвали меня, чтобы похвалить, и забыли обо всех моих нарушениях.

Они использовали меня, вот что было на самом деле. Татьяна использовала меня.

Как и говорил Адриан, в зале Совета царил хаос. Правда, мне нечасто приходилось бывать в таких собраниях, но вряд ли там в обычае собираться группами и кричать друг на друга. Да и ведущий заседание обычно не вопит как резаный, призывая остальных к порядку.

Спокойна была лишь сама Татьяна, сидящая, согласно этикету, за столом в центре, и выглядела очень довольной собой.

Ее соратники, напротив, утратили всякое чувство приличия. Вскочив, они яростно спорили между собой, с любым, кто поворачивался под руку. Я изумленно оглядывалась, не зная, как мне быть посреди этого беспорядка.

– Кто за что голосовал? – спросила я.

Глядя на членов Совета, Адриан начал загибать пальцы.

– Селски, Озера, Бадика, Дашков, Конта и Дроздов. Они были «против».

– Озера? – удивилась я.