"
"Она на мгновение склонила голову, как бы в знак скорби. Мне припомнилось, как сегодня ночью она с горечью вспоминала о Присцилле. Неужели это был спектакль? И смерть лучшей подруги стала для нее лишь средством протолкнуть свою идею? Нет, не может она быть такой расчетливой.
– Повторяю, мы с радостью выслушаем все ваши мнения, хотя по нашим законам вопрос исчерпан. – Вскинув голову, королева продолжила свою речь. – Последующие заседания будут созваны по окончании траурных мероприятий.
Ее голос и весь вид свидетельствовали о том, что дискуссия окончена.
Мой голос.
– А я хотела бы высказать свое мнение прямо сейчас.
В голове зазвенел крик Лиссы: «Сядь! Сядь!» Но я уже вскочила, зашагала к столу Совета и остановилась с таким расчетом, чтобы всем было меня видно, но вне досягаемости стражей. И члены Совета заметили меня! Ведущий пошел красными пятнами.
– Вы переходите все границы и нарушаете протокол! Сядьте немедленно, пока вас не вывели!
Он посмотрел на стражей с таким видом, как будто ожидал, что они немедленно набросятся на меня.
Изящным жестом Татьяна велела ведущему успокоиться.
– Полагаю, сегодня было уже столько случаев нарушения протокола, что еще один ничего не изменит. – Она добродушно улыбнулась мне, видимо стремясь создать впечатление, будто мы друзья.
Правда? Ну что же, сейчас проверим. Я заговорила, обращаясь к Совету:
– То решение, которое вы только что приняли, абсолютно безумно. Считаю подвигом со своей стороны, что воздерживаюсь от бранных слов, хотя убеждена – сейчас они были бы более чем уместны. Кто теперь осмелится сказать, что я незнакома с протоколом Совета? Как можете вы, сидящие здесь, думать, будто это нормально и даже хорошо – посылать шестнадцатилетних ребят рисковать своей жизнью?
– Разница всего в два года, – возразил принц Тарус.
– Два года – это много. – На мгновение я вспомнила свои шестнадцать лет. Что произошло за эти два года? Я сбежала с Лиссой, видела, как умирают друзья, странствовала по миру, влюбилась… – За два года можно прожить целую жизнь.