Потом Таша подчеркнула, что полноценный Совет из представителей двенадцати семей самим фактом своего существования послал бы стригоям всего мира весть о сплоченности мороев.
Мне не хотелось слушать дальше. С Лиссой я могу пообщаться и позже, а Таша пусть творит свои политические заклинания. Я была все еще возбуждена тем, что наговорила в Совете, и вид этого зала стал для меня невыносим. Вернувшись в собственную реальность, я взвизгнула от неожиданности, увидев прямо перед собой чье-то лицо.
– Эмброуз!
Один из самых красивых дампиров на планете – после Дмитрия, конечно, – одарил меня сияющей улыбкой кинозвезды.
– Ты стояла так неподвижно, что я подумал – может, ты пытаешься стать дриадой.
– Что?
– Дриады – духи природы. – Он показал на стволы вишен. – Прекрасные женщины, повенчанные с деревьями.
– Не знаю, можно ли воспринять это как комплимент. Но все равно рада тебя видеть.
Эмброуз в нашем мире стоял особняком: он был единственным мужчиной-дампиром, который не стал стражем, но и не сбежал, чтобы затеряться среди обычных людей.
– Я тоже рад, – ответил он. – Но что ты делаешь здесь, если не сливаешься с природой?
– Это долгая история. Меня, знаешь ли, вышвырнули с заседания Совета.
– Буквально вышвырнули? – Он вытаращил глаза.
– Ну, вывели под руки, если точнее. А я все удивлялась, почему не вижу тебя. Правда, последнюю неделю у меня были… э-э… кое-какие неприятности.
– Я слышал об этом. – Он одарил меня сочувственным взглядом. – Хотя меня действительно здесь не было. Вернулся только прошлой ночью.
– Как раз вовремя, чтобы принять участие в здешних развлечениях, – пробормотала я.
Простодушное выражение его лица подсказывало, что он еще не слышал о решении Совета.
– Ты сейчас занята? – спросил он. – Отбыла свой срок наказания?
– Что-то вроде этого. В данный момент я жду кое-кого, чтобы потом поболтать в своей комнате.