— Тот ролик… — Катя хмурится и слегка отстраняется от меня. — Так вот почему ты оказался в тюрьме…
— Теперь ты знаешь обо мне почти всё, и я надеюсь, что ты сохранишь эту тайну, — снисходительно смотрю на неё. — Моё оружие и в будней день было на весь золото, а сейчас оно просто бесценно. Нельзя, чтобы кто-то узнал обо мне.
— Но ведь Секретная Служба? Они же знают…
— Там не всё так просто. И виной всему человеческая жадность. Я держу в уме, что они про меня знают, но, возможно, это не так. Товарищ, которого я убил…
— Первый помощник Императора?
— Он самый.
— Погоди… — Катя мотает головой. — Ты и магия света? Как так?
— Божественная милость, не иначе, — пожимаю плечами. — Мне ещё спасать это ваш долбанный мир…
— Ваш?
— Ну… — я немного замешкался. — Имел в виду вот эти ваши дворцовые интриги, перевороты, подставы и договорные браки.
— Ой, а бароны в этом не участвуют? Конечно, конечно. Верю. Вы белые и пушистые… А графа ты убил от нечего делать? Скучно стало?
— Подловила, — виновато улыбаюсь.
"— Что это ты себя принижать начал? А кто мне говорил, что станет Императором «если потребуется»?
— Было дело… Но с этими разломами уже не успеваю. Если так пойдёт и дальше, то следующая битва за титул Императора может и не случиться.
После моих слов Катя резко замолкает и отворачивается. Не стоило этого говорить, но сказанного не воротишь, да и к тому же я огласил правду.
Не хочется разбираться с проблемой, будучи под осадой монстров, но если жизнь заставит, буду отбиваться и пытаться положить конец их появлению.
Вечерние солнце медленно скрывается за кронами деревьев, а мы сидим и молчим, слушая шум колёс. Бензин медленно заканчивается — нужно искать заправку. Если удастся залить бак до краёв, то это будет последней остановкой.
Минут через пятнадцать натыкаюсь на работающую заправку.
Нам везёт, и посещение заправки проходит без эксцессов. Теперь нужно проехать последние четыре сотни километров, и мы будем дома. Правда, приходится снижать скорость, ибо из-за темноты дорогу становится плохо видно.
Вскоре после захода солнца Катя, точно канарейка, засыпает. А я еду и смотрю в одну точку перед собой.