Он проспит до рассвета. Я оставляю тебе ключ и надеюсь, что ты окажешься там прежде, чем Александр успеет сломать кровать или пораниться, пытаясь избавиться от цепей. Он будет в ярости, Кристиан.
– Он знает, что я всё рассказал?
– Не совсем. Он догадался, что я всё знаю. Но соври ему. Скажи, что мне всё рассказал Даниил. Отчасти это ведь правда.
– Что ты собираешься делать?
– Попробую не только спасти Александра, но и помочь всем вам. Тебе не нужно об этом думать.
– Я могу тебе чем-то помочь?
– Да. Проследи за всеми, особенно за своими племянниками и Анной.
Мужчина кивает, и вновь я вижу сожаление. Он даже не замечает, с каким напряжением сжимает края одеяла, вены вздуваются на его шее и предплечьях. Знаю, что он борется с желанием броситься ко мне и запереть, поэтому я решаю, что пора уходить.
– Прощай, Кристиан. Я бы очень хотела остаться и узнать тебя получше. Стать твоим другом.
Я протягиваю ему руку, чтобы сжать ладонь хотя бы напоследок, и он сжимает мою руку в ответ. Стискивает пальцы почти до боли, держит дольше, чем нужно, не решается отпустить, и я позволяю себе и ему эту слабость. Жду целую минуту, прежде чем он нехотя отпускает, с напряжением разжимая пальцы.
– Прощай, Агата. И ты уже мой друг, как и я твой.
Глава 18"
"Все знают самую знаменитую историю о Маре по имени Сильвия, что жила за несколько сотен лет до Агаты и сестры её Анны.
По рассказам, Сильвия смогла одолеть целых двух бесов. Жуткие твари, в которых превращаются умершие в братских могилах. От этого бесы и сильнее любых других, потому что в них не одна душа, а несколько. Существа, что уже скорее похожи на смесь человека и животного, местами покрыты шерстью, и передвигаются на четырёх конечностях.