Например, водонепроницаемый брезент."
"Медный купорос у нас лежал в кабинете отца. Остался после осенней обработки сада. Гер Кауфхоф его закупал в столице, как величайшую ценность, по килограмму-двум, и хранил в плотно закрывающихся бутылках, как иные тридцатилетний коньяк. Придётся в следующий раз заказать побольше. Или вообще договориться о поставках, если дело пойдет. По сравнению с кружевом, не такой уж он дорогой или редкий. Сама могла бы делать, только вот химическую формулу помнила плохо.
Ох, нужно было усерднее с правнучками уроки делать…
А уж мыльный раствор организовать и того проще.
Состав пропитки, придающей ткани водонепроницаемые свойства, я держала в секрете. Кому надо, вполне могут выяснить, что я заказываю килограммами медный купорос, и вымачиваю ткань в мыле, но тут все дело в пропорциях. Я и сама не с первого раза желаемый результат получила.
Возможность представить свой товар обществу подвернулась довольно скоро — на очередном ежегодном дворянском собрании. Отец преподнёс королю экспериментальный образец.
Чего уж мелочиться. Моду задаёт двор.
Шила, естественно, бригада Кармиллы, модель предложила я. На ум первым пришёл классический ольстер Шерлока Холмса, с накидкой поверх рукавов и капюшоном — раз уж в дождь можно носить, нужно пользоваться возможностями ткани по полной.
Не знаю уж, сам ли король тестировал обновку, или у него на то люди специальные есть, но подарок он оценил.
Это я поняла по письму, которое пришло нам через две недели после дворянского собрания.
Пришлось расширяться, нанимать еще людей, и открывать филиал в столице, под руководством Кармиллы, но мы справились.
Я раньше в Берге не была. На балы я ехать в своё время отказалась, а больше повода в столице побывать молодой незамужней гроляйн и не было.
Собственно, и сейчас я приехала не развлекаться.
Кармилла присмотрела три помещения под будущую швейную мастерскую, и позвала меня оценить и выбрать. Модистка уже видела, во что я превратила бывший сарай в соседнем с нашим поместьем городишке, Кюссене.
Во-первых, огромные окна. Каменщики не поскупились, пробивая стены. Я дала указания — чтобы стояло намертво, не обрушилось, но при этом по максимуму естественное освещение.
Работали мои ткачихи не с восхода и до забора, как это было принято для простых людей.