При свете одинокой свечи, которую принц притащил с собой, маняще блеснул боком крупный вазон с цветами на ночном столике. Как раз в пределах досягаемости.
Если бы только он освободил мне руки…
Нужно его отвлечь.
Я повернула голову и игриво прикусила его за мочку уха.
— Почему ты так долго не приходил? Я заждалась. — надеюсь, достаточно томно протянула я.
Принц повернул голову, чтобы убедиться в моей искренности, и тут я его как поцелую!
Да, так невинные девицы Реджи еще не целовали. С языком, да с огоньком.
То есть тискать меня за грудь.
Гладкая основа вазона сама легла в ладонь. Будь в нем чуть больше воды, я бы не смогла его оторвать от тумбочки одной рукой, а так пузатый представитель семейства фарфоровых описал красивую дугу и приземлился точно на затылок принцу.
Основная волна подтухшей воды прошла мимо меня.
Я чуть не задохнулась.
Выбиралась как удав, ползком.
Проверила пульс принца. Пусть он и скотина, а в тюрьму за убийство наследника не улыбалось. Может, и не в тюрьму, а сразу на плаху, от короля зависит.
— Живой хоть? — хриплый голос замкового чуть не доконал меня. Я взвизгнула и замахнулась, чем под руку подвернулось.
— Да что ты мне сделаешь этим веником.
— И где ты, зараза, был? — грозно упёрла я руки в бока. Замковой потоптался в кресле, как натуральный кот, устраиваясь поудобнее.
— Тут я был. Кто, по-твоему, тебе вазу подсунул? Ее же там не было, забыла? — мрачно пробурчал он. — Я же кровью привязан, «не навреди» и все такое.
— Не навреди, а исподволь нагадь чужими руками.
Недокот понятливо кивнул.
Не стесняясь замкового — что он там не видел — я быстро переоделась в гардеробной, одним глазом поглядывая на принца — не шевелится ли.