Мы долго бродили по Нескучному саду, потом спустились в парк, где была какая-то выставка. Лена то и дело отставала и вдруг появлялась откуда-нибудь со стороны, бледная, веселая, размахивая розами.
— Как хорошо, Танечка, да? — тихо спросила она, взяв меня под руку. — Эх, жаль только, что молодость уходит, черт побери!
В сельскохозяйственном павильоне были выставлены образцы пшеницы «Зерносовхоза-5», и хотели этого мои товарищи или нет, но они должны были выслушать краткую речь бывшего врача этого зерносовхоза о том, что он представлял собой в 1930 году.
— А ведь, помнится, вы еще тогда работали над плесенью, Татьяна Петровна, — сказал Коломнин. — Я слышал ваш доклад на конференции тысяча девятьсот тридцать третьего года. У вас свечение передавалось от холероподобных к холерным. Но при чем же тут была плесень?
Я хотела напомнить — он не дал.
— Ах да! В соединении с плесенью усиливалась сила света.
— Товарищи, предложение, — сказала Лена. — Один час без плесени. Кто «за»? Поднимите руки.
— Да не просто в соединении с плесенью, Иван Петрович. В том-то и дело, что плесень сама по себе не усиливала свечения. Я пользовалась фильтратом.
— Как фильтратом?
— Ну да! Свечение усиливалось под действием какого-то вещества, которое плесень выделяла в питательную среду… Постойте, Иван Петрович! Как я сказала?
Это и была та самая — ночная, мелькнувшая и исчезнувшая догадка. Если дело в том, что не сама плесень действует на бактерии, а это неведомое вещество, стало быть… Стало быть, это вещество и защищает плесень от бактерий.
— Товарищи, я, кажется, поняла, в чем дело!
Только что мы стояли перед фото, изображавшим силосный подсолнечник в два человеческих роста, и спорили о том, насколько правдоподобно это фото, и Виктор предлагал навести соответствующие справки, а я, защищая честь своего зерносовхоза, собиралась вести маловеров к директору павильона.
Минуты не прошло, как все это было забыто. Шесть человек заговорили разом, отчаянно размахивая руками и наскакивая друг на друга. В публике, чинно осматривавшей павильон, произошло движение. Служащий выставки, очевидно вообразив, что начался скандал, торопливо направился к нам.
— Откуда берется желтая окраска на поверхности питательного бульона? Плесень выделяет вещество, которое окрашивает бульон.