– Светлица?! — закричала девочка, но в ответ ей только тишина.
Ругах переглянулся с Тополцем и последний скорбно покачал головой.
У девочки по щекам потекли слезы. Силы оставили её и она упала на колени.
Её сестра.
Старшая сестра, которая заплетала ей косы, шутливо называла рыжей лисицей, которая заменила ей слишком рано ушедшую мать.
Она осталась где-то в том лесу.
Пала жертвой зверя, которого многие считали лишь детской страшилкой. Пусть реальной, но существующей лишь где-то далеко, а если и близко — то в пересудах стариков и как страшилки у костра на глядках.
Мгновения тишины, когда замерли не только охотники, а, казалось весь мир вокруг них, сменились громом.
Так сперва показалось стоящей на коленях Пермовке. А затем она увидела, как ломая деревья, круша их в мелкую щепь, из чащобы выходит медведь.
Размером с небольшую избу, цвета мокрой ржавчины, он поднялся на задние лапы и зарычал, заслонив собой солнце. Обнажив длинные, с ладонь, клыки, он обрушился на костер и разметал его в пыль.
Звери боятся огня – это первое правило, которому учит отец своего ребенка.
Спрячься за огнем, и зверь не тронет тебя.
Но только не люто-зверь."
"От них не спасало ни пламя, ни острая сталь. От них не убежать, не спрятаться, не скрыть. Люто-звери это сама смерть, которая идет за тобой до тех пор, пока не утолит твоей плотью свой бесконечный голод.
— Нет! – выкрикнул раненный охотник, но не успел даже копья вскинуть, как две мощные лапы вскрыли его живот быстрее ножа мясника, взрезающего брюхо барану.
Кровь и плоть полетели в разные стороны. Сломанные белые ребра хрустнула ветками под лапами монстра.
Его передние, мощные лапы светились белым узором в виде языком пламени, поднимающихся до самой груди монстра. Как полосы на котах, только более… осмысленные.
— Ругах ты…
— Этот зверь стадии Вожака, – произнес непонятные слова старик; что он имел в виду, под “стадией” и “вожаком”. — Я же лишь на Телесных Реках восьми меридиан. Может смогу его задержать на пару секунд, но не более того.
Телесные Реки… меридианы… что это такое? Пермовка не знала. Но она сейчас была не способна нормально мыслить. Ужас от присутствия огромного зверя сковывал её разум. А мысль о утрате старшей сестры -- душу.
– Я попытаюсь развернуть его к тебе, – Ругах шагнул вперед. Пермовка попыталась было схватить его за край плаща. Попросить не уходить. Не оставлять её одну и в ледяных оковах первобытного ужаса, но не смогла ни руки поднять, ни рта открыть.