— Я думал, тебе потребуется куда меньше, чем месяц, чтобы отыскать меня, – только и ответил Хаджар, после его загнал очередной гвоздь в доску. — теряешь хватку.
-- Хаджи, дорогой, – развел руками Хельмер. Сфера в этот момент кружилась в воздухе, а капли крови, падающие с неё, исчезали без следа не успев коснуться земли. – отыскать тебя – труда не составило. А вот убедить Князя не отправлять вместе со мной, скажем, пару тройку Герцогов с их воинами – задача была не из простых.
– Князь настолько хочет моей смерти?
– Ну, как тебе сказать, уже одно то, что он теперь знает твое имя, одновременно говорит о твоей силе и… глупости.
– Не думаю, что это его единственный аванпост в мире смертных, – закончив с очередной заплаткой, Хаджар спустился по лестнице на землю и, пройдя мимо демона к чурке, вновь принялся за рубанок.
– Далеко не единственный, – не стал отрицать очевидного Хельмер. – но самый ближайший к Белому Дракону и Алому Фениксу. Ну и самый развитый, конечно.
Рубанок Хаджара летел по древесине, срезая все новые и новые полосы волокна. Это чем-то напоминало ему то, как он шел по дорогам безымянного мира, стесывая с них все больше и больше шелухи, обнажая ту истину, которая скрывалась внутри.
– Передай ему мои извинения, что я отнял такую удобную игрушку.
– Обязательно, – улыбнулся Хельмер, демонстрируя свои даже не звериные клыки. – и, чтобы ты знал, мне пришлось использовать карту Пустошей, чтобы перекрыть его стремление порвать тебя на части. Так что вы теперь, так сказать – квиты.
– Отлично, – кивнул Хаджар и, взяв доску, потащился обратно на крышу.
Демон на какое-то время замолчал. А после, поднявшись с трона, подошел к лестнице и схватился за неё руками. Теперь та не дрожала, норовя свалиться под весом Хаджара.
"– Мне вот интересно, – протянул демон, глядя в сторону закрытых ставней. – а малышка Аркемейя знает?
Хаджар так и не опустил занесенный молоток на шляпку гвоздя.
Лицо Хельмера исказила воистину демоническая улыбка.
– Может мне стоить рассказать нашей общей знакомой о твоей маленькой уловке? О том, что ты сам, в момент удара Азреи, разорвал усилием воли свои меридианы.
Хаджар ударил молотком.
Куда сильнее, чем оно того требовало.