По нему было видно, что он предпочел бы остаться со своими рыцарями и устроить им разнос, но дела государственные перевешивали дела воинские.
— Мы решим это позже, — в итоге произнес король и, убрав меч, поднял с каменной скамьи полотенце и направился следом за Джу, уже бредущим среди колоннады.
Так он и шел – в одних только холщовых, свободных штанах, напоминающих шаровары, обнаженный, демонстрирующий крепкие, мощные, натруженные мышцы. Не такие, какие бывают у крепких молодых крестьян или кузнецов и конюхов.
А мышцы воина.
Это было видно сразу.
— Уже два года прошло с битвы за Дузанбар, мой король, -- ну, хоть одно в Джу не изменилось за все эти эпохи, он все так же начинал издалека.
– Ближе к делу, посол, – резко прервал еще не начавшийся поток красноречия Эрхард.
– Мой правитель, Император Драконов…
– Император, – фыркнул Эрхард, перебивая посла. – десять лет назад вы явились ко мне – ты и твой “император”. И все ваше племя. Сколько вас было? Две тысячи? И из них большинство – самки и маленькие… ужики? Синий Пламень Ху’Чин обошелся с вами жестко, этого не отнять, но не забывай кто приютил вас и благодаря кому вы можете жить в моей Империи.
– Разумеется, мой король, разумеется, – низко поклонился Джу. И как-то Хаджар не увидел того высокомерия, с которым будущий министр смотрел на “жалких двуногих”. – Мой… правитель, лишь хочет узнать, когда будет новый поход.
– Новый поход? С чего ты взял, что он вообще будет – новый поход.
– Но как же, мой король. Разве вы не получили карту, составленную нашими мудрецами?
Эрхард, прямо на ходу, схватил с подноса какого-то слуги, бегущего на тренировочную площадку, склянку с лекарствами и, откупорив, высыпал в рот несколько пилюль.
– Им хватит и этого, – ответил он на немой вопрос слуги. – будут лучше тренироваться.
Тот, совсем еще юный мальчишка, поклонился и помчался дальше.
– Ты про ту карту, Джу, на которой ваши, как ты выражаешься, мудрецы, изобразили горы, огромный океан, а за ним земли, которые не уступают по размерам моей Империи?
– Да-да, – закивал посол, обрадованный тем, что Эрхард не оставил без внимания послания.