Котенок некоторое время стоял на трех лапах с занесенными когтями, пока, наконец, не фыркнул и не опустился рядом, принявшись вылизывать и без того безупречную шерстку.
Хаджар, прикрыв глаза, провел ладонью над телом Аркемейи. Лунный свет плясал отсветами в луже багрянца, маревом расплывавшимся под телом раненной мечницы.
Да уж… этот, практически, век, полукровка явно не потратила понапрасну. Хотя один уже тот факт, что её слава простиралась за границы Белого Дракона и Алого Феникса уже говорил о многом.
Она находилась на стадии Пикового Повелителя и, даже по её почти разрушенному энергетическому телу, можно было понять, что в ближайшие годы девушка сможет шагнуть на ступень Безымянного. И при этом Хаджар чувствовал в ней не одно, а два истинных королевства и оба были связаны с парными мечами.
Что же, Аркемейя всегда вызывала впечатление целеустремленного человека… если слово “человек” подходило к её описанию.
Хаджар мысленно представил, как берет в руки длинные спицы, сотканные из ветра и воли.
— Смотрите… – зашептали ученики, завороженно наблюдавшие за тем, как без всякого возмущения в потоках Реки Мира, на ладони их учителя сформировался вихрь белого ветра, который затем вытянулся длинной туманной спицей.
Одну за другой, десятками, Хаджар погружал их в тело раненной. Пронзая плоть, достигая энергетической составляющей, он смыкал разорванные каналы и узлы.
Заплатки, разумеется, скорее временные, но, все же, не дадут ей раньше срока отправиться к праотцам.
– Интересно, — Хаджар, своим сморщенными, старческими пальцами, отвел в сторону прядь шелковистых волос с розовой, атласной кожи, на ощупь как бархат и парча. — кто мог ранить такого мечника, как ты, Аркемейя из Курх…
— Потомок Врага…
— Плоть Врага…
— Дух Врага…
— Ты пахнешь, как Враг…
– А вот и ответ, — вздохнул Хаджар.
— Учитель!
Ученики вновь повыхватывали оружие и повернулись к забору.
У них были ноги, которые короче и тоньше мускулистых рук. Покрытые чешуей, длинными когтями саблями они насквозь пронзали древесину.
Длинная, густая шерсть, покрывшая торсы и предплечья, не могла скрыть железной, тугой мускулатуры.