Приступаю к созданию четырех мерной карты!]
Ну разумеется, нейросеть не могла упорядочить весь этот хаос в простую и понятную струк… погодите, что? В четырехмерную карту?!
– Ночью здесь все изменится, – Аркемейя словно прочитала мысли Хаджара и ответила на незаданный вопрос. – А затем вновь – уже утром. И так – каждые двенадцать часов."
"Хаджар выругался. Знание местности для организации бунта едва ли не одно из основных условий успеха. Уличные бои – важнейшая основа любой революции. Уж Хаджар, который за свою жизнь, только по официальным данным, устроил их не меньше четырех штук, знал об этом лучше многих.
А когда устраиваешь революцию против противников, заведомо сильнее тебя, то единственная тактика, которой ты можешь воспользоваться – бить в самые уязвимые точки. Но как в них бить, если не знаешь, куда надо наносить удар?
– Да как они тогда хотя бы домой-то возвращаются, – возмутился Хаджар. – это ведь попросту невозможно.
– Для разума смертного, – кивнула Аркемейя. – поверь мне, миры духов, демонов и богов, включая страну бессмертных, мало чем отличаются от того, что ты сейчас перед собой видишь.
Хаджар задумался.
Он вспомнил, как побывал во владениях королевы Зимнего Двора фейри – Мэб. Там действительно все было не тем, чем казалось на первый взгляд, а время и пространство переплетались причудливо-пугающим образом.
Тоже самое можно было сказать и о совсем недавнем видении Хаджара. Вряд ли действительно существовал коридор, который длился от одного до другого горизонта.
Да уж – создать вменяемый план в таких условиях задача невыполнимая для любого смертного…
Благо, что за последние десятилетия Хаджар не только продвинулся по пути меча, но и начал лучше понимать принципы работы нейросети.
– Возможность рассчитать закономерности изменения окружающей структуры, – приказал он.
[Обрабатываю запрос… запрос обработан. Возможность расчёт: есть].
– Требования?
[Обрабатываю запрос… запрос обработан.
Хаджару не понравилось как это прозвучало.
Он посмотрел… нельзя было сказать точно, налево, направо, наверх или вниз. Скорее он просто повернул голову и увидел еще две стены. Одна возвышалась на метров двадцать над внешними, а другая и вовсе терялась где-то в облаках.
– Аркемейя.
– Да, муженек.