Но я и не мог, даже если бы и захотел, так как давал подписку о неразглашении. В общем, я очень аккуратно изложил совершенно ошарашенной моим рассказом девушке, свою лайт версию событий, где я был просто одним из заложников, а потом подозреваемым, потому что искали соучастников этих бандитов и по началу не разобрались и подумали на меня. В глазах Верочки плескалось любопытство, пополам с недоверием. Она засыпала меня кучей вопросов, и я как мог на них отвечал. Наконец мы почти подошли к моему дому и тут я увидел, как из черной «волги» Бориса, стоявшей у тротуара выскакивают Таня и Вика, а за ними и Боря, Славик и Ванька и все вместе они несутся ко мне с криками
— Юрка! Чертяка!
— Юрочка!
— Сенсей.
Девчонки пищат, обнимают и целуют меня во внезапно заалевшие щеки. От такого напора я даже растерялся. Мне что-то говорят все разом, хлопают по плечам, по дружески тычут кулаком в бок, а я стою ошалевший с тортиком в руках и от нахлынувших на меня чувств не могу сказать ни слова. Когда я, наконец, пришел в себя и опомнившись оглянулся, то не увидел нигде Веры.
— Идем ко мне домой пить чай, — заявляю я, поднимая под восторженные выкрики торт повыше. Ну хоть он не пропадет, такой компанией мы его быстро приговорим.
* * *"
"Мы всей толпой дружно сидим в моей служебной квартире и пьем чай с тортом. Как я и думал в такой компании сладкий десерт быстро улетучился и теперь у большинства моих гостей на блюдечках только крошки. Только Вика едва притронулась к своему куску. Она сегодня необычно молчаливая и задумчивая. Обычно она всегда очень активно участвует во всех разговорах, и ее точные и зачастую едкие замечания являются украшением любой беседы.
— Ребята и девчата, а хотите честно? — обвожу всех взглядом.